– Наверно, стрихнин продолжает действовать, – неуверенно предположила девушка.
– Нет, – покачал головой инспектор. – Кто-то сделал доктору инъекцию хинина.
– Не может быть! Какой ужас! Как же это?! Кто же это сделал?!
Найт дождался, когда сестра перестанет причитать, и медленно произнес:
– Например, вы.
Было очевидно, что такая мысль не приходила в хорошенькую головку медсестры, и теперь девушка была потрясена. Она вздрогнула и залепетала:
– Нет! Нет! Это не я!
– Значит, доктор Кэмпбелл?
– Нет! Он не мог! Ни в коем случае!
– Тогда кто?
– Я не знаю!
– Признавайтесь, миссис Барлоу: кому вы давали ключ от кабинета?
– Никому, никому!
Инспектор выпрямился и, не сводя глаз с перепуганного лица сестры, проговорил:
– Получается, что возможность отравить доктора Хилла была только у вас. Это касается также случаев с доктором Паттерсоном и сестрой Батлер.
– Как вы можете?! – девушка готова была разрыдаться.
– Я советую вам…
В этот момент от входной двери послышался знакомый голос, говоривший с бодрой интонацией:
– Вот видите, вы уже смогли пройти такое большое расстояние!
Все трое обернулись в ту сторону. Инспектор Найт грозно сдвинул брови, Джек Финнеган расцвел, а сестра Барлоу быстро промокнула глаза платком и через силу улыбнулась.
В приемный покой вошла Патрисия, она бережно вела под руку санитарку Барбару Купер. Заметив, что на них пристально смотрят, обе остановились, причем Патрисия гордо выпрямилась, а санитарка, наоборот, съежилась.
Инспектор Найт решительно шагнул к ним:
– Позволено ли мне будет узнать, что вы здесь делаете, мисс Кроуфорд?
От его любезного тона девушке почему-то стало не по себе, тем не менее она постаралась ответить твердо и непринужденно:
– Навещаю свою знакомую.
– Какая похвальная заботливость!
– Ничего особенного. Мы были на прогулке, а теперь мне нужно отвести мисс Купер в палату.
– Думаю, мистер Финнеган с удовольствием сделает это вместо вас, – сказал Найт и обратился к санитарке: – Вы не возражаете?
– Неет, – промямлила та.
– Мистер Финнеган!
Репортер подскочил к ним.
– Пожалуйста, проводите мисс Купер в ее палату.
Финнеган окинул Патрисию томным взглядом, но послушно повел санитарку внутрь. Инспектор тем временем взял девушку под локоть и попытался вежливо развернуть ее в сторону выхода. Та уперлась, но железные пальцы сжали ее руку чуть сильнее.
– Что вы…? – зашипела Патрисия, но заметив, как вытянула шею сестра Барлоу, умолкла и подчинилась.
Оказавшись во дворе, она произнесла фразу громче и полностью:
– Что вы себе позволяете?!
– Прошу прощения, мисс Кроуфорд, – сказал Найт, отпуская ее. – Как я вижу, мою просьбу не приезжать сюда вы оставили без внимания. Это грустно.
– Не вижу причин для грусти, – упрямо сказала девушка. – Я приехала, чтобы поухаживать за этой бедной женщиной. О ней здесь недостаточно хорошо заботятся.
– В самом деле?
– Ну, не совсем… Конечно, все необходимое лечение проводится, но я имею в виду разные… нууу… бытовые мелочи. Например, вчера ей пришлось самой пойти себе за водой, хотя ей еще не разрешали вставать с постели.
– Она вам так сказала?
– Да. Я и сама видела ее в коридоре. Но я никого не виню – я прекрасно понимаю, как трудно сейчас всем, кто здесь работает.
– Думаю, что не до конца понимаете, мисс Кроуфорд, – сурово произнес инспектор. – Сейчас здесь очень опасно. Один из тех, кто работает в отделении, – убийца.
– Но какая опасность может грозить
Найт помолчал и поинтересовался:
– Вы помните пословицу про любопытство и кошку?
– Вот как? По-вашему, я здесь только из любопытства?!
Девушка возмутилась так натуралистично, что Найт не удержался и, стараясь не улыбнуться, произнес с притворным смирением:
– Поверьте, я вовсе не считаю эту причину противоестественной.
– Ну, знаете ли!
Патрисии было досадно, что инспектор ее раскусил. Конечно, признавалась она себе, в значительной мере он был прав. Но в то же время ей действительно было жаль застенчивую санитарку, к которой, похоже, никто и никогда не проявлял искреннего участия. Пока она подыскивала достойный ответ («Ну, знаете ли!» прозвучало не слишком впечатляюще), Найт сказал, уже серьезно:
– Я настоятельно прошу вас немедленно отправиться домой. Пожалуйста, мисс Кроуфорд, – добавил он мягко, – сделайте мне такое одолжение.
– Я и сама уже собиралась уезжать, – недовольно сказала девушка.
– Вот и правильно, – одобрил инспектор. – Позвольте посадить вас в кэб.
– Хотите убедиться, что я действительно уеду домой?
– Вы угадали. Ради этого я бы даже сам поехал с вами, но, к сожалению, не могу.
– В этом нет необходимости, – высокомерно произнесла Патрисия. – Наш слуга ждет меня вон в той беседке.
Получилось бы гораздо эффектнее, подумала девушка, если бы при этих словах она гордо смотрела на собеседника сверху вниз. Однако это было невозможно из-за разницы в росте: ее макушка едва доставала инспектору до подбородка.
– Превосходно, я передам ему вас из рук в руки. Так мне будет спокойнее.
– Я уже и шагу не могу ступить самостоятельно?!
