— О да, потом кое — кто меня навестил. — улыбнулся Рознев.
— Зато я увидела Фэша, который насмехался надо мной, и своего братца с его двумя мафиозами. — хмыкнула Василиса.
— И со мной. — добавил Ярис.
— Да, и с тобой.
Время летело незаметно, и вскоре первая школьная неделя подошла к концу. К сожалению, на эфероведении ученики и дальше пробовали передвигать предметы, не изучая ничего нового, а на часологии продолжали зарисовывать разные часовые детали и делать их чертеж в разрезе.
— Надоело мне одно и тоже проходить. — цокнула Василиса.
— Понимаю. — вздохнула Дейла.
Зато в пятницу с самого утра в часолист Василисы пришло письмо. Оно гласило, что сегодня в три часа состоится урок у Астариуса. Чтобы попасть наверх, в Звездную Башню, ей следовало приложить часовую стрелу к огромному зеркалу в холле, а после, на лестнице, ведущей в башню, строго держаться левой стороны. Василиса помнила, что в случае неудачи она может попасть в кабинет к директору, а уж это было последнее, чего бы она желала в своей жизни.
— Как я тебе и говорил, то тебе нужно придерживаться левой стороной. — улыбнулся Родион.
— Я и придерживалась. — хмыкнула Василиса. — Я так обрадовалась, но и с другой стороны всё равно боялась попасть к этой Елене.
Целый день девочка не находила себе места и думала только о предстоящем походе в Звездную Башню. Ей очень хотелось доказать Астариусу, что он не зря взял ее к себе на обучение, поэтому она решила стараться на его уроке как можно лучше.
Впрочем, сегодня все занятия оказались очень интересными. В расписании появился новый предмет — хронология, и Василиса возликовала.
— О, ну наконец — то! — обрадовался Марк. — Я уж думал, что всё одно и тоже проходить будешь.
— Поверь, я тоже. — улыбнулась Василиса.
На хронологии ученики заучивали наизусть теорию о множестве временных параллелей и записывали каждый по десять вариантов будущего для яблока, лежащего на блюде. Василиса получила двенадцать баллов, потому что, кроме обычного «упало, съедено, разрублено, запечено», только у нее оказался вариант «осталось на месте».
— Молодец. — поддержал её Миракл. — Быстро учишься.
— Господин Крафт тебя также похвалил. — быстро кивнул Нортон.
— Ну сразу видно, что и в правду молодец. — добавила Диара.
На уроке часовой истории они слушали о том, как были придуманы первые механические часы в мире, а на часологии рисовали цветными карандашами разные виды шестеренок. В мастерской дети учились правильно смазывать часовой механизм специальным информационным маслом — густым и липким, желтого цвета, похожим на мед, только без запаха.
— Это уже ремесло… — цокнул Нортон. — Такой позор.
— И ничего не позор. — возразил Лазарев.
Господин Крафт объяснил, что в просторечии оно называется росой и является самым популярным из часовых машинных масел, потому что обновляет детали механизма до первоначального состояния. С непривычки Василиса измазала этой «росой» все руки и после урока долго отмывала их в туалете и, честно говоря, не очень преуспела в этом.
— Грязнуля моя. — улыбнулся Фэш.
— Иди ты. — обняла его Василиса.
— У вас существуют туалеты?! — удивился Рознев.
— Да, а ты что не знал? — нахмурился Норт.
— У вас… Обалдеть! А я думал, что часовщики не ходят в туалет.
— Ты там случайно головой не ударился? — переспросил Гроза.
— Ударился, наверное.
Ровно без одной минуты три запыхавшаяся от бега Василиса стояла возле лестницы, ведущей в Звездную Башню Астариуса. Она глубоко вздохнула и быстро побежала вверх по ступенькам. Вскоре лестница действительно раздвоилась, а потом и разошлась на три ветви. Василиса помнила совет — держаться левой стороны и вскоре достигла верха. Боясь, что она сильно опаздывает на такой важный урок, девочка пулей вылетела на круглую площадку с гладким, как будто его долго полировали, каменным полом. В этой зале был высокий куполообразный потолок, а по всему периметру стены тянулись узкие проемы окон.
— Не боись. — улыбнулся Родион. — Не отругаю за опоздание.
— Ненавижу просто опаздывать. — призналась Василиса.
— Я тоже. — согласилась с ней Дейла.
В центре пола была нарисована восьмилучевая звезда с черно-белым кругом и стрелками — знак школы.
На северном луче, сложив ноги по-турецки, сидел сам Астариус. На других лучах точно в таких же позах расположились ключники.
У всех были закрыты глаза, а руки разложены на коленях ладонями вверх.
Астариус кивком головы поздоровался с Василисой, приложил палец к губам и указал на единственное свободное место — южный луч.
— Кстати урок мне понравился. — улыбнулся Ярис.
— Мне тоже. — хмыкнул Марк.
— Кому он не понравился? — удивилась Захарра. — Мне вообще он доставил удовольствие.
— Рад, что вам понравился урок. — ещё шире улыбнулся Родион.
Василиса послушалась и, присев точно так же, как остальные, закрыла глаза. Она успела заметить, что по обе стороны от Астариуса сидят Фэш и Марк, а она сама оказалась между Нортом и Захаррой. Брат глаз не открыл, но по его перекривившемуся лицу было ясно, что он немало огорчен приходом сестры.
— Ох, это да. — хмыкнул Норт. — Но я не думал, что ты так поймёшь мои чувства.
