— Ну а где ещё? — улыбнулся Фэш.
— Ордена Дружбы, — дополнила Василиса.
Она вызвала огонек и зажгла светильник в одном из дальних углов — чтобы привлекать поменьше внимания.
— Вот-вот, Орден Дружбы… — Фэш почему-то глубоко вздохнул. — Давай подождем наших возле окна. Здесь действительно как-то слишком гнетуще.
Они расположились на подоконнике, бесстрашно свесив ноги с внешней стороны карниза.
— Погодите… — задумался Лёшка, обращаясь к Огневам. — Если вы могли сбежать, то спыргнули бы с окна, и раскрыли крылья.
— Думай что говоришь. — закатил глаза Норт.
— Около эфером было закрыто. — пояснила Василиса. — Не забывай дружище таких вещей.
— Аа, извините. — понял тот.
Сегодня в темном беззвездном небе особенно ярко светила оранжево-желтая луна, пуская по воде россыпи зыбких, мерцающих серебристых дорожек. Василиса слушала далекий и тихий плеск волн, ощущала ровное дыхание Фэша рядом и чувствовала себя неимоверно хорошо и спокойно. Она даже подумала, что именно этот миг выбрала бы в качестве перемещающего воспоминания для личного уголка. Конечно, не будь у нее еще лучшего… При этой мысли щеки у Василисы тут же полыхнули огнем, и она порадовалась, что они сидят в полумраке и ее лица не видно.
— Ага, конечно. — усмехнулся Фэш. — Я всё видел.
— Ты видел, как я краснела?! — удивилась Василиса.
— Конечно. Это было хорошо видно.
— Блин…
— Ты знаешь, у меня есть песня про луну, — вдруг сказал Фэш. — Я сам сочинил. Давно еще…
— Может, исполнишь? — осмелев, попросила Василиса. — Ты очень здорово поешь.
Фэш смущенно усмехнулся.
— А ты — танцуешь, — сказал он, по-прежнему глядя на небо. — Да и летаешь на луноптахе здорово. Отличное показательное выступление, кстати. Никогда не видел, чтобы кто-то из луноптах выделывал подобные штуки.
— Ааа, как мило! — просияла Дейла.
— Конечно, это же любовь! — хмыкнула Диана.
— Да ладно уж, Снежка, то есть Вьюга, просто очень способная, — пробурчала Василиса, польщенная его похвалами.
— Я уже знаю от Маара, что ты помешала Марку сбить меня на темпогонках, — продолжил вдруг Фэш изменившимся голосом. — Как жаль, что я не видел этого в тот момент! Решил, что просто хорошо ото всех оторвался.
Василиса улыбнулась.
— А где «спасибо»?! — не поняла Дейла.
— Не благодарный братец… — цокнула Захарра, с улыбкой.
— Ай — ай — яй! — добавила Маришка.
— Вообще — то эта такая благодарность. — закатил глаза Фэш.
— Выкрутился. — усмехнулся Ник.
— Ты в любом случае выиграл бы. Но не ожидай, что я позволю тебе забрать победу и в следующий раз.
— Ой-ой, можно подумать.
— Вот и подумай, — не осталась в долгу Василиса.
— И не подумаю!
Они расхохотались.
— Романтичный смех. — улыбнулась Диана.
— Вы реально такие милые. — хмыкнула Дейла.
— Мы знаем. — одновременно сказали Василиса и Фэш.
— Ты обещал спеть, — отсмеявшись, напомнила девочка.
— Не обещал, кстати. Ну ладно, если немного… Все равно наши запаздывают…
В руках у Фэша появилась гитара.
— Из комнаты взял, — коротко пояснил он. Василиса только хмыкнула.
Мальчик взял аккорд и уверенно тронул струны. Подождал, пока звук затихнет, и тут же начал вновь наигрывать — полилась медленная, красивая мелодия.
Он запел сильным, звучным голосом.
— У Фэша идеальный голос. — улыбнулся Ник.
— Красивый… — мечтательно произнесла Маришка.
— Самый…лучший. — с улыбкой протянула Василиса.
— Спасибо за комплимент, друзья! — поблагодарил тот.
Василису снова восхитило, насколько уверенно Фэш себя держит. Когда он пел, его лицо совершенно преображалось, нахмуренность, так часто появлявшаяся на нем в обычное время, исчезала бесследно. Но главное сам голос — он изучал мягкую, чарующую силу, шел из самой глубины его сердца. Василиса вдруг поняла, что такое действительно талантливое исполнение. Ведь именно в эти моменты человек становится самим собой, настоящим, таким, каков он на самом деле, потому что открывает свою душу. Просто делает то, что умеет, что нравится, забывая обо всем на свете, — во всяком случае, именно так себя чувствовала Василиса, когда исполняла гимнастические номера.
— Василиса… — на одном дыхании произнёс Фэш.
— Чего? — не поняла та.
— Это…так чёрт мило!!!
Драгоций протянул Огневу к себе, и при всех поцеловал её. Все тяжело вздыхали, а Дейла смотрела на них с ухмылкой.
— Не ожидал, что при осмотре местной тюрьмы я вдруг услышу столь чудесный мальчишеский голос. Ты отлично поешь, Драгоций.
Из глубины комнаты вышел Миракл. На нем был обычный домашний халат, а в правой руке — курительная трубка.
— Курильщик хренов. — улыбнулся Нортон.
— А ты пьяница. — усмехнулся Миракл.
— Пусть так и будет.
— Даа лучших друга! — засмеялся Лазарев.
Лицо Фэша окаменело в один миг.
— Извините, — пробормотала Василиса. — Мы решили прогуляться и вот…
Она с опаской вгляделась в темноту — нет ли за спиной часового архитектора и ее отца? Но к счастью, больше там никого не было.
— Так я же вам разрешил видеться. — нахмурился Нортон.
— Тогда я не знала. — пожала плечами Василиса.
— Иногда ты не договариваешь, Нортон… — вздохнул Миракл.
— Да много чего! — поддакнула ЧК.
