— Да, представь себе. Несколько сотен лет мы, орденцы, ждали, что преемником будет один из нас. Как же все боялись… Да мы все просто лопались от страха, Миракл!
Главная наша цена за учебу у самого великого часодея Осталы — это жертва, которую принесет всего лишь один из нас. Страшно представить, сколько раз мы производили расчеты, собирали клубки из вероятностей. Я помню себя, просыпающегося среди ночи в холодном поту, после сна, в котором я был им — новым Астрагором.
— Ох её… — протянули все.
— Вот это реально жёстко… — кивнула Маришка.
— Соглашусь. — сказал Ярис
Представляешь, подхожу к зеркалу и вижу его угрюмое, старческое лицо, холодный взгляд из пропасти бездонного раскола… Брр… — Отца Василисы передернуло от воспоминания. — И вдруг он почему-то выбирает малыша, едва принявшего часодейство, и сразу же вводит его в круг старших, назначая СЛЕДУЮЩИМ.
— Слова противоположны происходящему. — улыбнулся Родион. — Фэш жив, здоров.
— Точно! — обрадовался Марк. — Сто лет ждал!
— Это с другой стороны так страшно… — зажмурился Лёшка.
— Понимаю, не приятно это слушать. — кивнул Нортон.
— Наверняка есть причина, которой никто не знает. Веская причина. Скажем, Астрагор увидел какой-то знак, связанный с мальчишкой.
Послышалось раздраженное фырканье, затем скрипнуло сиденье кресла — это Нортон-старший резко вскочил и прошел к самому окну.
— Так… — с замеранием сердца произнёс Ник.
— Вот это щас было опасно… — понимающе кивнул Рэт.
— Стелс то какой… — протянул Марк.
— Этого никто не отрицает. — согласилась Николь.
Василиса боялась дышать — отец находился невероятно близко от них. Сейчас она во всех подробностях видела его лицо, вдруг ставшее хмурым: сетку мелких морщин на лбу, светло-зеленые глаза с янтарными крапинками, в окружении частых белесых ресниц, тонкие губы, упрямо сжатые в линию, немного вздернутый подбородок. Василиса разглядела даже смешную родинку в виде полумесяца под его левым ухом, возле самой мочки, которую никогда не замечала раньше.
— Поверь, Василиса, даже я где — то в третей книги заметил свою родинку. — хмыкнул Нортон.
— Ну ты и конечно слепоашара! — засмеялся Миракл. — В окно не смотришь, пьяница
— Ой, да иди ты!
Нортон-старший снова заговорил:
— Я тоже предполагал подобное. Знак, видение в будущем, может, символический расчет судьбы. К сожалению, мы вряд ли об этом узнаем.
— Ну хорошо, сынок-то сейчас у тебя, — принялся рассуждать Миракл. — Астрагор вскоре вернется и неизвестно в каком обличье. Он будет слаб, но все же постарается забрать мальчишку. Маленький Драгоций вдруг начал сопротивляться — и кому, своему учителю… Не заплатил великую цену… Такой долг не прощают.
— Да, не прощают, — эхом отозвался Нортон-старший.
— И что ты будешь делать дальше? А если, не дай великое Время, сынок Диамана проведает, что это ты посоветовал его родителям спрыгнуть с башни?
— Опаа… — пропели все.
— Вот она, вся неправда. — указал на книгу Фэш.
— Мда уж… — цокнул Нортон. — Попадос.
— То есть Фэш и Василиса из — за этого вновь…? — спросила Дейла.
— Узнаешь. — заинтриговала Василиса.
Фэш поднял голову и немного отстранился от Василисы. Его губы шевельнулись, искривляясь — наверняка пробормотал какое-то ругательство в адрес Нортона-старшего. Василиса изо всех сил вцепилась в него, чтобы мальчишка не разозлился окончательно и не выдал их укрытие.
— Ты разве не понял? — Нортон-старший резко развернулся. — Да я спас его, этого неблагодарного парня! И продолжаю зачем-то спасать…
— Спасибо, конечно. — поблагодарил Фэш. — Но по идеи вам должно быть всё равно на меня.
— Именно так. — кивнул Огнев. — Не знаю, почему я так к тебе отношусь.
Нортон-старший вернулся к камину и, кинув взгляд на рамку пустующего таймофона, сел в кресло.
Миракл взял еще одну сигару. Задумчиво повертел ее в пальцах и вернул обратно в коробку.
— Ты просто оттягиваешь дату его перевоплощения, только и всего, — сухо произнес он. — Не знаю, зачем ты это делаешь. Нет худшего врага, чем бывший союзник. Особенно если речь идет об Астрагоре. Тем более что ты открыто выступил против него, бросил ему вызов!
— Что правда, то правда… — вздохнул Норт.
— Боролись все мы до конца. — добавил Ник.
— Все… Против Астрагора. — на одном дыхании договорил Рок.
— Да уж… — выдохнула Диана. — Это конечно что — то!..
— Ты собрался меня покинуть, Миракл? — ухмыльнулся Нортон-старший. — Знаешь, я бы даже не осудил такое твое решение.
Миракл хмыкнул, но не прокомментировал эти слова.
— Когда Астрагор поменяет тело на новое, он начнет свою большую игру, — после небольшой паузы сказал зодчий. — Вот тогда мы все огребем по полной, уж прости за простословие. Будешь ли ты и дальше защищать мальчишку, когда речь пойдет о собственной шкуре? Тебе все равно придется сделать этот нелегкий выбор. И я бы советовал поскорее.
— Миракл дело говорит… — кивнула Лисса.
— Тут я с тобой соглашусь. — сказала Диара.
