Василиса чуть не взвыла: таинственная подопечная Данилы снова исчезла. Ну хоть бы раз объяснила, почему она помогает Василисе! Какую цель преследует, кто она вообще?! Почему не заговорила с ней ни разу? Ведь даже затерянные во времени обладают голосом…
Невольно взгляд Василисы упал на листки часольбома — она ахнула, чуть не выронив тиккер.
На страницах появилась черно-белая фотография, довольно отчетливая — какой-то мальчик сидел на самом верху каменной стены. Пейзаж на фотографии показался Василисе смутно знакомым.
Что это, часограмма?
Неожиданно от фотографии отделилась тень — бледная, но очень точная копия, словно легкое покрывало, — поднялась над часольбомом, увеличиваясь в размерах, перевернулась в вертикальное положение и вдруг растаяла, изойдя мелким черно-белым крошевом, словно снежная пороша, перемешанная с пеплом.
— Ой, щас кое — то будет… — цокнула Василиса.
— Что именно? — спросила Эсмина.
— Там Фэш.
— А, так вот откуда ты увидела, — догадалася тот.
— Именно.
А Василиса оказалась внутри часограммы, на самом верху крепостной стены Змиулана — почти в том самом месте, откуда начался ее первый полет на лунопташке, после умышленного толчка Захарры.
На каменном зубце сидел маленький мальчик. Василиса мгновенно узнала Фэша. В детстве у него были такие же ярко-голубые глаза — серьезные, внимательные, с тайным огоньком, словно этот парень знает что-то невероятно важное, известное только ему одному на свете.
Совершенно не боясь высоты, Фэш беззаботно что-то насвистывал и, рассеянно глядя вдаль, иногда подкидывал на ладони монетку.
Василиса подошла к нему и присела на соседний зубец. Увы, внутри часограммы она была посторонним наблюдателем — Фэш ее не видел. А как было бы хорошо поговорить с ним, маленьким! Но увы, мальчик совсем ее не замечал — все глядел вдаль и игрался монеткой, — то подкидывая, то вновь сжимая в кулаке. Василиса с большим любопытством следила за его игрой. Интересно, вдруг подумалось ей, сколько же часовщиков могут гулять в прошлом людей и наблюдать за ними… Неудивительно, что часольбомы принято запирать на замок. И все-таки почему Николь указала именно на эту часограмму — непонятно.
— Потому что тебе нужно было узнать про Фэша больше, — ответила Николь.
— А, поняла, — кивнула Василиса.
— Она и так про меня много знает, но да, надо про меня узнать, — улыбнулся Фэш.
— Вот именно, — кивнула Николь.
— Решка или часы?
Василиса от испуга вздрогнула и чуть не свалилась с каменного зубца. Впрочем, она вряд ли бы пострадала — в этом пространстве девочка была лишь тенью, наблюдателем из другого мира. Но сердце все равно испуганно заколотилось — к Фэшу подошел сам Астрагор.
За десять лет великий Дух Осталы ничуть не изменился: тот же ястребиный взгляд, сухая желтоватая кожа, худое тело, тугой черный мундир, наглухо застегнутый до самого подбородка.
Фэш с любопытством поднял глаза: в них не было привычного страха перед учителем, наоборот, во взгляде мальчишки сквозило неподдельное восхищение.
— Я не загадывал желания, господин, — сказал он. — Просто так играюсь.
— Мда, а потом уже начнётся щас, — закатил глаза Фэш.
— Значит ты видела это да, Василиса? — спросил Рок.
— Именно, — ответила та. — Не знала, почему меня Николь тогда отправила посмотреть на это.
— Захотелось тебе показать, — пожала плечами та.
— Ясно.
Астрагор прикрыл тяжелые веки, на мгновение гася хищный зов бездны, идущий от его черного, бесконечно долгого взгляда.
— В мире ничего не происходит просто так, — сказал он. — Важна каждая мелочь, каждое действие… Любой момент великого Времени имеет значение. Когда ты немного подрастешь, то сможешь понять меня лучше.
Маленький Фэш прищурился с веселой лукавостью.
— Так вы — великий Астрагор, мой знаменитый дядя, да? — с восторгом уточнил он. — Я вас сразу узнал.
Астрагор медленно кивнул.
— Ну а ты, малыш, надо полагать, сын Диамана?
— И Селены, — дополнил Фэш.
— Ты уже прошел часовое посвящение?
— Да, еще в четыре года, — с гордостью произнес тот.
— Каким гордым, так им остался! — засмеялся Ярис.
— А ты как думал? — хмыкнул Марк. — В этом весь Фэш.
— Но некоторые изменения во мне есть, — улыбнулся тот.
— Этого заметили все, Фэш, — улыбнулся Рэт.
— Знаю.
Это не укрылось от Астрагора. Он пристально взглянул на мальчика и вдруг попросил:
— Знаешь что? Подкинь-ка вот эту монетку. — Он протянул ему серебристый кругляш, ярко блеснувший на солнце. — Если сверху выпадут часы, я буду лично рекомендовать тебя в лучшую эфларскую школу.
— А если крыло? — азартно спросил маленький Фэш, с готовностью принимая монетку.
— Тогда я возьму тебя в ученики.
— В старшие?
Астрагор хмыкнул.
— Почему бы и нет? — пожал он плечами. — Бросай.
Фэш высоко подкинул монетку, ловко подхватил ее на лету и, разжав ладошку, восторженно выкрикнул:
— Крыло!
Астрагор удовлетворенно прикрыл веки.
— Значит, так рассудило Время.
— К сожалению так случилось… — проятнул Примаро.
— М- да… — цокнул Ник.
— Если бы этого не было… — тяжело вздохнула Маришка.
— Выбора не было, — пожал плечами Фэш. — Я — Драгоций.
— Это уж точно, — кивнула Гроза.
*
