— Да, я впала в глубочайшую депрессию, — ответила Василиса. — Фэша нет, ты мертва, а отец вообще вернулся хмурым и мрачным, так и не поговорив со мной.
— Когда мы узнали с Нортом, что госпожа Лисса мертва, то нам стало жаль тебя, и хотели тебя навестить с извинениями, но ты уже была в Змиулане… — тяжело вздохнула Дейла.
— К сожалению не успели тебе подбодрить… — добавил Норт.
— Да ладно, — улыбнулась Василиса. — Я вас всё равно люблю.
Хорошо, что вчера утром вернулся Нортон-старший — жив-здоров. Маар видел его мельком, сказал, что тот выглядел мрачным, подавленным и таким же равнодушным, как и всегда. Но уже вчера вечером, так и не поговорив с Василисой, отец уехал к себе в Черновод, где, по слухам, заперся в своей комнате и никого туда не впускал, даже Миракла.
Фэш не вернулся из Серебряной Комнаты… Вспомнив об этом, Василиса прерывисто вздохнула. Марк и Маришка свидетельствовали в Лазоре, что видели, как среброключник вошел в дверь Серебряной Комнаты, но так и не вышел. Марк также сообщил, что все зеркала в комнате были разбиты — возможно, Фэша утащил в безвременье его двойник — эррантия.
Василиса не поверила ни единому слову златоключника!
— Тем более это вообще не я был… — тяжело вздохнул Марк.
— Да, тогда я вообще в бешенстве была, когда узнала, что это не ты, — кивнула Василиса.
— В каком смысле?
— Тебя стало жаль. Сильно злилась на Астрагора.
— А, я понял.
И почему Маришка всем сказала, что не смогла найти Хрустальную комнату? Она же вошла в дверь вместе с Еленой, и следом за ними устремился Фатум… Что Маришка, что Фатум в один голос твердили, что мантиссы, вызванные тиккером, оказались иллюзорными, обманными.
Впрочем, Василисе было все равно, что Хрустальную Комнату не нашли. Ее волновало только исчезновение Фэша, но она не собиралась сидеть сложа руки — в голове уже вырисовывался некоторый план, пока неясный, но все же…
Девочка провела рукой по траве, сгребая горсть жемчужин.
— Да, ещё и без Фэша жить — это конечно не приятно… — тяжело вздохнула Василиса.
— Мне без тебя еще хуже было, — признался тот. — Хорошо, что мы хоть в ЛуноЧасе встретились.
— Где — где? — спросил Рок.
— В ЛуноЧасе. В шестой книге узнаешь.
— Только не бей нас, — предупредила Василиса. — Прошу.
— Как знаете, — хмыкнул Рок.
Какие же они красивые… Белые, с голубоватым или светло-серебристым отливом, молочно-желтые, есть даже светло-розовые…
Неожиданно ее окликнули. Василиса удивленно обернулась и тут же поднялась на ноги: к ней подлетела госпожа Дэлш.
— Диана сообщила мне, что ты приехала.
Выдавая волнение, госпожа Дэлш расправила шлейф легкого серого платья, несколько изящного для ее могучей фигуры.
Василиса только кивнула, боясь сказать даже слово — чтобы голос не задрожал.
— Блин какая боль… — проятнул Примаро.
— Настолько потерять родного человека… — добавил Рэт, уткнувшись в плечо Примаро.
— Всё мы тебя понимаем, Василиса, — вздохнула Захарра.
— И не все, но многие потеряли своих родителей… — грустно добавил Ник.
— Это правда не очень приятно… — цокнул Фэш.
— Мне кажется или на Эфларе есть шанс потерять своих родителей? — спросил Лёшка.
— Не всегда, — возразил Нортон. — Но и такое бывает.
— Сегодня утром был созван общий совет, — тихо произнесла госпожа Дэлш. — Феи решили переименовать это озеро, назвав его Жемчужным. В честь Белой Королевы.
— Это… хорошо, — выдавила Василиса.
Неожиданно фея приблизилась и заключила Василису в свои сильные объятия.
— Твоя мать была настоящей феей, — горячо сказала она. — Ее дар камней настроения имел истинную природу. Астрагор узнал об этом от самой Лиссы и обставил дело так, будто бы она получила столь ценный дар от него в обмен на нить твоей судьбы. Нортон Огнев разозлился, и они поссорились, а Черная Королева не пожелала больше ее видеть. Я умоляла Лиссу рассказать твоему отцу, Василиса, и Черной Королеве, что Астрагор обманул ее. Но твоя мать оказалась слишком горда… Недоверие самых близких людей глубоко оскорбило ее, ранило прямо в сердце. Зато теперь они знают, — горько продолжила госпожа Дэлш. — После того как Мортинова зачасовала нашу Лиссу, — только дай мне до нее добраться… — Госпожа Дэлш прервалась, мстительно сощурившись. — Да, феи и фиры увидели настоящий жемчужный дождь — последний дар камней настроения…
Все молчали, не зная, что сказать.
— Простите, что не доверяла вам… — помрачнела Лисса. — Я была не права.
— Ты меня тоже прости, что не знала всю правду и мигом пошла против тебя…- грустно добавила ЧК.
— А меня ты прости за…ссору, — тяжело вздохнул Нортон.
— Но сейчас мы все семья, — улыбнулся Норт.
— Даже наша мама Нира стала для вас всех, как семья, — улыбнулась Николь.
— Мы благодарны вас за всё, госпожа Лисса, — улыбнулась Дейла. — А особенно за вашу дочь.
— А я то что сразу?! — засмеялась Василиса.
— Ты очень крутая сестра и подруга! С тобой очень весело.
— И с тобой.
Василиса обратила к ней лицо с сухими, воспаленными глазами.
— Мортинова выкрикнула, что это отец сказал ей часовое имя мамы, — неожиданно твердо произнесла она.
Диара Дэлш недоверчиво усмехнулась.
