– Тебе не удастся спрятаться за формой, – заявил он, предлагая Мине руку для опоры.
– Спрятаться? – Она смотрела под ноги, словно щербинки на мостовой представляли куда больший интерес, чем её спутник.
– Я всё равно вижу, какая ты красивая, но я оценил твою скромность. Это хорошо. У нас в семье помнят о приличиях. Иногда слишком. Моей маме ты пришлась бы по душе.
– Разве мы идём к тебе домой? – испугалась Мина и замедлила шаг.
Кранц рассмеялся:
– Не бойся, сразу знакомить тебя с родителями было бы излишне. Пара-тройка свиданий, и тогда…
Мина промолчала, хотя посчитала, что Людвиг слишком торопит события. Он чуть ли не с самого знакомства общался с ней так, будто их связывали некие договорённости. Мина принимала это за обычную напористость, хотя всё сильнее чувствовала себя мухой, попавшей в невидимую, но крепкую паутину. Таким уж был Людвиг… Кэрри не раз говорила, что брат высокого мнения о себе и собственной неотразимости – ему и в голову не придёт сомневаться, что всё сложится по его желанию. Раньше это казалось Мине забавным…
Они немного прогулялись по вечернему городу, любуясь на мосты и каналы с тёмной водой. Мина в который раз отметила, что изнанка Раттема привлекает её намного больше. Ей не хватало тихого перезвона и лёгкого ветра, преодоления тугого полога магии и искр силы, текущей под кожей. Присутствие Людвига лишь подчёркивало неправильность происходящего.
Заведение, где они расположились, скрывалось в глубине небольшого парка за рядом желтеющих деревьев. Тихое и уютное место сразу понравилось Мине. Даже тревога временно отступила.
Людвиг не забывал веселить Мину обычными историями о собственных подвигах и то и дело подливал в её бокал вино. Она пила маленькими глотками, но голова всё равно быстро сделалась лёгкой, а ноги, напротив, потяжелели, хотелось смеяться и перечеркнуть все печали.
– Всё-таки хорошо, когда можно на время забыть о работе, – заметил Людвиг.
В полутьме его волосы отливали насыщенной медью. Мина постоянно чувствовала на себе взгляд Людвига: внимательный, жаркий, ждущий. Ей это не нравилось.
– Я люблю изнанку Раттема, – призналась Мина, цепляясь за тему, способную увести их подальше от опасных разговоров о чувствах и желаниях.
Несмотря на выпитое, она всё отчётливее ощущала в Людвиге ту сжатую пружину, которая вот-вот распрямится. Она боялась этого момента. Пыталась заранее придумать, как увернуться. У Мины совсем не было опыта отношений с мужчинами.
– Девушки любят истории про оборотную сторону, – ухмыльнулся Людвиг. – И про преступления, как ни странно. А по мне, так ничего интересного в этом нет. Практичнее жить на обычной стороне города.
– И что бы ты здесь делал?
– Были бы деньги – открыл бы сапожный цех, как отец. Нанял бы мастеров, продавал бы лучшую обувь на Севере – и только для знати и богачей.
– А как же служба? – Слова Людвига удивили Мину. – Ты здорово управляешься с перекати-мороками. Я думала, тебе нравится патрулировать изнанку.
– Это временно, – покачал головой Людвиг. – Отец не считает такую работу стоящей. Я с ним согласен. Будь у меня деньги, давно бы открыл собственное дело.
– Я не понимаю… Мне казалось, ты увлечён тем, что делаешь.
– Приключения хороши, пока ты молод. Основательность и практичность – вот что нужно для жизни. Не буду же я прыгать по крышам до старости, как Иттен. Старик много лет отдал службе, а что получил взамен? Больные ноги и кипы бумаг, потому что пенсии не хватает на жизнь?!
– Где же ты найдёшь деньги? Цех, работники, лавка… Всё это дорого стоит.
– Я работаю над этим. – Губы Людвига изогнулись в чуть заметной улыбке.
Сама не зная почему, Мина поёжилась и заговорила о другом:
– Надеюсь, мы скоро разберёмся с Часовщиком. Полиция выяснила, что Тристана видели на вокзале, когда он садился в поезд. Служащие хорошо запомнили мужчину в коляске, но я не верю, что он уехал.
– Так потом Эйнарда никто и не видел. Я читал этот отчёт. Он мог уйти на изнанку, пока поезд не выехал за пределы Раттема, – неохотно поддержал тему Людвиг. – Давай на время забудем обо всём этом.
– Ты сам заговорил о работе, – напомнила Мина.
– Я сказал, что хорошо быть подальше от неё, потому что сейчас я хочу быть ближе к тебе.
Людвиг протянул руку и коснулся кисти Мины. Она держала бокал с вином за тонкую ножку и задумчиво поглаживала стекло пальцами. Мина думала, что хочет поскорее оказаться дома. Одна.
Мина не ожидала прикосновения и снова не успела отреагировать, только выпустила бокал из пальцев. Точно зачарованная, она смотрела спутнику в лицо. Людвиг не переставал улыбаться. Он завладел её рукой, легко сжал, погладил, вызывая непривычные ощущения и чувство неловкости. В груди Мины всё застыло, скрутило неприятным спазмом.
– Холодные руки, – тихо сказал Людвиг. – Замёрзла? Я знаю отличный способ согреться. Тебе понравится…
Он наклонился через стол, пальцы скользнули по руке Мины выше, пытаясь пробраться под рукав курточки. Всё не так! Неправильно!
Преодолев оцепенение, Мина осторожно высвободилась.
– Мне пора, Людвиг. Спасибо за вечер. Я заплачу за свой ужин.