Оплатить полис дистанционно… Скинуть главврачу частного перинатального центра чек через мессенджер, получить от него “уже готовим палату”.
Сбросить наконец Эндж адрес клиники, где её ждут, глянуть на часы и улыбнуться.
Уложился в двенадцать минут. Есть небольшое опоздание, но с учетом того, что действовать приходилось чуть ли не в условиях стихийного бедствия – допустимо. Можно списать это на то, что я слишком долго искал брошюру.
Ответной СМС-кой прилетает: “Час сорок восемь”.
Закатываю глаза. Энджи с её любимым секундомером, штрафующая даже за минутные опоздания к началу рабочего дня – хочет стать и моим личным кошмаром? Это она размечталась.
Путь к Лексу занимает чуть больше получаса. Что ж, надеюсь, он не будет затягивать со своей болтовней, потому что именно его я и хочу послать к Энджи. На него хотя бы можно надеяться.
– Проходи, проходи, – при виде меня приятель оживленно вскакивает из-за стола, – виски хочешь?
– За рулем, – покачиваю головой, хотя выпил бы с удовольствием.
– То есть разбираться с твоими делами мы будем натрезво? – Лекс округляет глаза. – Знаешь, друже, я не уверен, что это получится.
– Такая невозможная задача? – приземляюсь в кресло.
– Возможная, – возражает приятель, забираясь в ящик своего стола, – если ты будешь меня слушать и не будешь просить повторить тебе по десять раз.
– Если ты не будешь растекаться мыслью – не буду, – замечаю, – если не возражаешь, давай уже начнем. У меня есть к тебе еще одно дело. Не грандиозное, но очень важное.
– Заинтриговал, – Лекс смотрит на меня с настоящим интересом.
– У меня мало времени, – нетерпеливо гляжу на часы. Внутри меня будто и в самом деле висят часы с алыми цифрами, ведущими обратный отчет.
– Так что тебе сказала медичка со станции Скорой Помощи?
– О! – Лекс радостно скалится, будто я нечаянно задал ему самый интересный вопрос. – Ну раз ты спросил. Она мне сказала, что ты регулярно поднимал руку на свою невесту. Настолько часто, что она тебя до дрожи боится.
М-да!
Кажется, от виски я зря отказался!
– Да-да, и не смотри на меня так, тиран, – Лекс грозно хмурит брови, – ты свою Юлию бьешь смертным боем, она аж сбежала от тебя, как только поняла, что с ней происходит выкидыш. И попросила медичку в скорой ей подыграть. В приемном покое она подписала отказ от госпитализации и уехала на такси в неизвестном направлении.
– У этой версии есть нестыковки, – замечаю хрипло. Мир как будто рябит, пытаясь превратиться в ненастоящий. Это ведь бред? Я ни разу пальцем не прикоснулся к Юле.
– Честно говоря, большинство медсестер в скорой помощи звезд с неба не хватают, – Лекс жестко покачивает головой, – да и отказ от госпитализации твоя невеста затребовала только в больнице. В скорой помощи она рыдала. Умоляла ей помочь, сохранить её ребенка и так далее. А потом топала ногами, обвиняла медсестру в некомпетентности и чуть ли не на первом попавшемся пустом листе послала больницу нахрен.
– Ни черта себе.
– О да! – Лекс восторженно округляет глаза. – Скажи мне, как ты ищешь так прицельно баб с прибабахом?
– Надо Ольге передать, что она у нас теперь с прибабахом?
– Она сама про себя так говорит, между прочим, – отбивается Лекс, а потом щурится и покачивает головой, – не, не надо передавать. Обидится. Её тараканы хоть и укуренные, но мирные. Всех и проблем – следить, чтобы вовремя пропивала таблетки. В случае с этой твоей Юлей – не уверен, что можно обойтись без смирительной рубашки и электрошоковой терапии.
– Перебарщиваешь, – роняю тихо.
– Нет. Ты просто еще не знаешь всего, что я успел узнать, – Лекс встряхивает головой, – ты ж мне не только наводку на станцию дал. Ты меня еще на докторшу натравил. И на эту вашу, обдолбавшуюся.
– Она пришла в себя? – приподнимаю брови. Алексей кивает.
– Вчера. Пока я добивался разрешения на разговор – разумеется, вперед господа сыщики меня не пропустили, в общем, я к ней только сегодня утром попал. И знаешь кого я там встретил? С третьей попытки угадаешь?
– Давай без дурацких игр, Лекс, – честно говоря, эти его прикольчики все сильнее выводят меня из себя.
– Савельеву, Татьяну Сергеевну, – Лекс бросает на меня укоризненный взгляд человека, которому надоело чужое занудство.
А я чуть подтормаживаю, припоминая к чему бы это.
– Это же…
– Лечащий врач твоей невесты в гинекологии, ага, – Алексей будто нарочно не дает мне догадаться самому, – и попутно – мать Александры Воронцовой.
– Сестра Юли, – медленно проговариваю я, – но почему у Шуры другая фамилия?
– Были контры с отцом, – Лекс пожимает плечами, – поменяла в восемнадцать, взяла девичью фамилию матери. Примерно в это же время подсела на наркоту.
– То есть она все-таки…
– Да, учетная наркоманка, – Михеев вздыхает, – правда лечение она действительно проходила, и её психиатр наблюдал долгую и весьма устойчивую ремиссию последние полтора года.
– Да ну?
– Сам ведь знаешь, из какой задницы люди выбираются, – суховато комментирует Лекс, – случается. Важно желание. У этой девочки желания… чуть-чуть не хватило. Да и подтолкнули её.
