Вместе с Кэмероном мы сняли с нашего джипа пулеметы и загрузили в него наполненные камнями ящики из-под сухпайков. Без десяти одиннадцать дежурный на пропускном пункте поднял шлагбаум и разрешил нам проехать, и ровно за час до полуночи мы затормозили на площади перед дверями канцелярии Шульца. Взяв с двух сторон один из наших ящиков, мы с Кэмероном прошли мимо часового и поднялись прямо в кабинет майора, мирно дремавшего за столом. Громыхнувший об пол ящик разбудил его. Майор неуверенно уставился на нас мутными пьяными глазами. Не дав ему рассмотреть нашу униформу, Кэмерон вырубил его ударом дубинки по голове (дубинку ему подарили в Управлении специальных операций). Шульц свалился со стула. Кэмерон отправился вниз за следующим ящиком, а я остался в кабинете изучать документы. По удивительному стечению обстоятельств прямо на столе лежала раскрытая ведомость с численностью поставленных на довольствие подразделений 1-й парашютной дивизии и приданных ей частей, снабжавшихся из распределительного центра в Гравине. Она датировалась 12 сентября 1943 года. Пока Кэмерон носил остальные ящики, я извлек из папок еще немало документов. На стол Шульцу мы поставили заполненную на четверть бутылку виски (бедняга заслужил выпивку) и вышли на улицу. Часовой с любопытством разглядывал наш джип. Наглец Кэмерон, решив блеснуть шотландским остроумием, хлопнул его по плечу и вручил пачку сигарет «V» со словами: «Спокойной ночи, добрый немец!» – и мы уехали.
Спустя два часа из нашего лагеря среди холмов Бьютимен передал сообщение:
ПОПСКИ ВОЗДУШНОМУ ДЕСАНТУ ТЧК ОБЩАЯ ЧИСЛЕННОСТЬ ЛИЧНОГО СОСТАВА ФОРМИРОВАНИЙ ВРАГА ВОКРУГ ТАРАНТО НА 12 СЕНТ 3504 ПВТР ТРИ ПЯТЬ НОЛЬ ЧЕТЫРЕ КОНЕЦ СВЯЗИ
В 09:00 я получил ответ:
ВОЗДУШНЫЙ ДЕСАНТ ПОПСКИ ТЧК ПОЖАЛУЙСТА ПОДТВЕРДИТЕ ОБЩАЯ ЧИСЛЕННОСТЬ ВРАЖЕСКИХ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ НА ПЕРИМЕТРЕ ТАРАНТО НЕ БОЛЕЕ 3504
Конечно, разведка ожидала более высокой численности. Но их недоверие задело меня за живое, поэтому я не удержался от искушения покрасоваться. К тому моменту все документы, изъятые у несчастного Шульца, уже были рассортированы, так что я сочинил пространное донесение, которое пришлось разбить на четыре или пять радиограмм, – на шифровку и передачу ушел весь день. Получилось что-то такое:
ПОПСКИ ВОЗДУШНОМУ ДЕСАНТУ ТЧК ПОДТВЕРЖАЮ ОБЩУЮ ЧИСЛЕННОСТЬ ЛИЧНОГО СОСТАВА ВРАГА НА 12 СЕНТЯБРЯ 3504 ПВТР ТРИ ПЯТЬ НОЛЬ ЧЕТЫРЕ ВКЛЮЧАЯ ОФИЦЕРОВ 441 ТЧК МЕСТА ДИСЛОКАЦИИ СЛЕДУЮТ ДЖИНОЗА ОФИЦЕРОВ 61 РЯДОВЫХ 500 МАТЕРА ОФ 72 РЯД 570 АЛЬТАМУРА ОФ 83 РЯД 629 САНТЕРАМО ОФ 58 РЯД 469 ДЖОЯ ОФ 92 РЯД 755 ГРАВИНА ОФ 75 РЯД 140 ТЧК БОЕВОЙ ПОРЯДОК СЛЕДУЕТ ПЕРВОЙ ПАРАШЮТНОЙ ДИВИЗИИ 19 ПОЛКА РОТЫ Д КОМАНДУЮЩИЙ ЛЕЙТЕНАНТ ВАЙС ИНИЦИАЛЫ В Г ДЖИНОЗА РОТЫ Б МЕНЬШЕ ОДНОГО ВЗВОДА КОМАНДУЮЩИЙ КАПИТАН ШВАРЦ ИНИЦИАЛЫ НЕЧИТАЕМЫ ДЖИНОЗА…
И далее в том же духе. Майор Шульц вел свои ведомости тщательно.
Выдав такой финальный аккорд, я счел свою первую миссию выполненной и принялся строить дальнейшие планы.
Итак, мы выяснили два важных факта. Во-первых, немцы слабы. Боевые подразделения их 1-й парашютной дивизии составляли менее половины от общей небольшой численности войск противника. Все остальные – администраторы и технические работники, которых согнали из портов и аэродромов южной Апулии. Во-вторых, наши наблюдения за дорогами показали, что подкреплений у неприятеля не предвидится. В общем, складывалось впечатление, будто перед ними стояла только одна задача – следить за нашей высадкой и отступить, как только наберется достаточно сил для продвижения вперед. В немецкое контрнаступление верилось с трудом. Поэтому, несмотря на нехватку снабжения, полевой артиллерии и поддержки с воздуха, наша 1-я воздушно-десантная дивизия, которая вела бои на окраинах Таранто, была в безопасности. По морю каждый день прибывало подкрепление, и мы со дня на день ожидали соединения с 8-й армией, наступавшей из Калабрии. Тогда противник точно обратится в бегство.
