Боб Юнни обеспечил нам расположение на семи виллах вдоль берега Адриатического моря севернее Бари, в Бишелье, и мы перебрались туда в середине ноября 1943 года.
Вместе с Канери я сел разрабатывать новое штатное расписание. Давно определив для себя верхний предел численности PPA, сто двадцать человек, я не видел смысла превышать его, поскольку мне хотелось знать все о каждом бойце (характер, способности, прошлый опыт, послужной список) и отслеживать, как он меняется под влиянием товарищей. А мой мозг не способен удерживать такой объем информации больше чем о ста двадцати людях одновременно. Только так можно было поддерживать высокие стандарты индивидуальной подготовки и обеспечить надлежащее качество командной работы. Было бы абсурдно создавать подразделение спецназа, в котором не все бойцы были подготовлены на самом высоком уровне. Более того, наш
Юнни и Канери разделяли эту точку зрения. Собираясь вместе, мы, в основном, очень подробно обсуждали наших бойцов: состав патрулей, повышения и увольнения, тренировки, проверку новичков. Два моих друга знали всех ребят не хуже меня, и, по сути, мы втроем руководили PPA, словно семейным бизнесом. Я оставил за собой обязанности по набору новобранцев. Тут, конечно, возникали неудобства, поскольку заниматься вербовкой я мог только в свободное от планирования операций и участия в них время. Не то чтобы я не доверял мнению товарищей, но обнаружилось, что их суждения иногда резко расходятся с моими, так что единственным возможным способом развивать PPA в том направлении, которое соответствовало моему видению, был личный отбор людей. Юнни, как мне казалось, слишком поддавался мимолетному настроению, а вот Канери, напротив, совсем не доверял интуиции и судил о человеке только по записям в личном деле.
В декабре мы с Канери полетели в Алжир, чтобы представить свой план организационно-штатному управлению. Как мне рассказали в штабе группы армий, местная свирепая комиссия безжалостно сокращает все запросы на расширение штата или вовсе отклоняет их, если сочтет, что требования заявителя преувеличены. Мы осторожно попросили поднять нашу численность с двадцати трех человек до семидесяти с небольшим (хотя на практике рассчитывали заметно превысить эту цифру), но эти кровожадные львы оказались милыми и разумными людьми: к моему удивлению, они отметили, что запрошенная мною численность недостаточна, особенно по части радистов и механиков (редкие птицы на рынке в тот момент), и нуждается в корректировке.
Мы вернулись с новым штатным расписанием, которое предполагало восемьдесят человек личного состава, включая шестерых офицеров, двух старших сержантов, четырех сержантов, по пять капралов и младших капралов, а также механиков, радистов, радиотехников и оружейников. Весь штат делился на четыре боевых патруля: «B», «R», «S» и «Блиц» (штабной), хозяйственное управление, отделение связи и отделение транспортного обеспечения. Чтобы восполнить необходимые кадры, мы повысили в звании несколько человек (так, Канери стал заместителем командира в должности адъютанта), после чего я занялся вербовкой недостающих бойцов.
