— Доброй ночи! — Леша постарался вложить в пожелание, передать всю бушующую в нем радость от этой невероятной встречи.
Водитель ничего не ответил, но обернулся. Леша от неожиданности громко охнул. Перед ним сидел Джейсон Стэтхэм собственной персоной. Причем не просто, а в сценическом образе из фильма «Перевозчик» — те же перчатки, тот же костюм. И машина абсолютно та же! — мелькнула мысль с неким тревожным оттенком.
— Я — это не он, — сказал скучным голосом водитель, видимо привыкший к реакции окружающих и к необходимости давать одни и те же объяснения.
— Хотя профессия та же. Я — Перевозчик. Именно так — с заглавной буквы.
Машину ощутимо качнуло — великолепный Гера, усевшись на заднее сиденье рядом с Лешей, сообщил тем самым о своей немалой мышечной массе. Дверца закрылась бесшумно.
— Вакуумный подсос! — восхитился Леша. — Замечательный автомобиль!
— Ты не мог бы вернуть его в нормальное состояние, — поморщился Перевозчик. — Он сел сам, без принуждения. Дверь закрылась сама. Все условия соблюдены.
— Ну-у… — с сомнением протянул назвавшийся Герой. — Не знаю, можно ли считать серверный мотор и вакуумный подсос самостоятельным закрытием двери.
Леша с застывшим восторгом в глазах переводил взгляд с одного на второго.
— Зевс всемогущий! — закатил глаза к небу назвавшийся Перевозчиком. — Оставь риторику перипатетикам[35]!
— Ты трогай, — решил Гера, — а уж я потом.
— В Мундус? — скорее уточнил, чем спросил Перевозчик.
— А куда же еще? — искренне удивился Гера.
— Так ведь речка рядом, — заворчал Перевозчик, как ворчат водители и таксисты всех времен и народов. — Крутить придется…
— Ты что — в Венеции, милейший? — В голосе франта послышались отзвуки приближающейся грозы. — Израиль! Одна река, которую в нормальных северных странах и ручьем-то назвать постеснялись бы! Давай-давай, поехали! Забываешься, Харон!
— В Венеции, между прочим, проблем вообще нет — там не река, а море! — сварливо возразил названный Хароном, но снял ручку скоростей с паркинга, и седан совершенно бесшумно, но стремительно рванул по асфальту. Дома по обе стороны улицы отпрыгнули назад и превратились в размазанные скоростью, подсвеченные цветным неоном реклам неровные ленты.
— Bay… — прошептал зачарованный невероятной скоростью Леша. Гера повернулся к нему впился взглядом в переносицу с шипящей скороговоркой причмокнул по-вампирски губами, всосав нечто невидимое.
Бум!
Тяжелый удар по голове, словно мешком с песком. На секунду все в мире перевернулось вверх ногами и поколебалось, а затем вернулось на место. Все, кроме чувства блаженного восторга. Ему на смену пришел липкий страх. Где я? Почему я здесь? Кто эти люди? Почему я, как последний идиот, сел к ним в машину?! Как я мог так облажаться?! Кто они — Гера и Перевозчик? И вообще — они
От последней мысли чертовски неприятно засосало под ложечкой и заныл затылок. В его похитителях? конвоирах, за исключением внешнего облика, ничего человеческого не ощущалось.
Гера сидел, отстранившись от Леши, как будто между ними возникла невидимая, но абсолютно непроницаемая стена, и смотрел в окно, за которым, между тем, исчезла пестрота улиц Тель-Авива и стоял полный мрак. И хотя машина словно зависла в нем, шестое чувство шептало Леше о невероятной скорости. То же шестое чувство — а может, уже седьмое? Поди разбери в этом сумасшествии… — подсказывало Леше, что ничего плохого с ним не случится. Мысль глупая, но успокоительная.
— Вижу, доктор Романов, вас гложет вполне объяснимое беспокойство, — заметил Гера и радушно улыбнулся. — Незамедлительно постараюсь его развеять! Скажу сразу же — вам никто и ничто не угрожает.
Перевозчик скептически хмыкнул.
— Не обращайте внимания на Харона — профессия сделала его циничным, как патологоанатома.
— Клянусь богами! — обиженно вскрикнул Перевозчик и ударил со всего маху по тормозам. Машина встала мгновенно. Леша инстинктивно сжался, ожидая мести инерции, разбивающей его лоб о ветровое стекло. Ничего. Ноль. Даже не шелохнулся! Да и остановились ли они? Мрак за окном. Как клубился, так и клубится. — Как ты мог сравнить меня со смертными! — Перевозчик повернулся, глаза горели черным гневом. — Да еще с трупокопателями! Меня — Перевозчика, имеющего дело с тонкой материей еще не упокоенных душ! Постыдился бы!
Высокий стиль его речей был несколько нарушен смачным плевком в приоткрытое окно. Водитель — Перевозчик ли он с большой буквы или просто бомбила на частной подвозке — он и в Африке водитель…
— Все-все! — мирно ответил Гера, весело улыбаясь и подмигивая незаметно Леше. — Неудачная шутка, прошу прощения!
Перевозчик посверлил его взглядом, проверяя на искренность, и недовольно отвернулся:
— Гермес! Когда ты наконец станешь серьезным…
— Тогда я перестану быть Гермесом, мой уважаемый Харон, не так ли?
Тот только махнул рукой с осуждающим вздохом и вдавил газ в пол.
Леша понял, что он сходит, а может, уже и сошел с ума. В голове звенело, а сердце готово было прорвать грудную клетку и трусливо ускакать назад, в родную постель, из которой его так коварно и подло выманили.
