Частный рейс полностью

Он скривился, и в его глазах мелькнуло выражение, которое я не смог понять. Затем он, казалось, сменил тактику.

— Могу я тебя кое о чём спросить?

— Конечно.

— «Белый Рыцарь», название твоей яхты… — Он почти улыбнулся. — Я не придавал этому особого значения, но парень из береговой охраны все продолжал его повторять. Я понимаю, что это твое имя, но означает ли оно еще и то, о чем я думаю?

Я улыбнулся.

— Если ты думаешь, что это означает «дружеское» корпоративное поглощение, которое превосходит агрессивное поглощение «черного рыцаря», то ты абсолютно прав (Прим. пер.: «Белый Рыцарь» на сленге специалистов рынка слияний и поглощений — это дружественный инвестор или компания, который делает более выгодное предложение о поглощении компании, которая уже является объектом попытки агрессивного недружественного поглощения со стороны «чёрного рыцаря», с целью дальнейших партнерских отношений).

Он медленно кивнул.

— Я так и думал.

— Дни моих корпоративных поглощений закончились. Это показалось уместным.

— Так и есть. — Он тяжело сглотнул, затем спросил: — Как ты себя чувствуешь?

— Не супер, конечно. Но лучше, чем было. Спасибо тебе. — Я взял его за руку и переплел наши пальцы. Каким-то образом, это оказался один из наших самых интимных моментов, несмотря на весь секс и поцелуи, которые были между нами раньше. — Мне лучше позвонить в береговую охрану.

Стюарт кивнул.

— Да уж. И извинись перед ними за мое незнание протокола радиосвязи.

— Они действительно собирались приплыть?

Он пожал плечами и сделал задумчивое лицо.

— Думаю, да. Как они вообще узнали, где мы?

— Отслеживание на радаре в реальном времени. Я официально зарегистрирован, и они, вероятно, просто предупреждали меня, видя, что приближается шторм, а наш маячок не двигается.

Он вздохнул.

— Что ж, я рад. Прошлой ночью я чувствовал себя здесь очень одиноко. — Он смотрел на живописный остров, спокойный и красивый сейчас. — Не могу поверить, что это то же самое место.

Я поднес его руку к губам и поцеловал сначала все костяшки, а затем ладонь.

— Спасибо. За все, что ты сделал. Я всегда знал, что ты меня слушаешь, когда я рассказывал, как управлять яхтой и что нужно делать, но не думал, что тебе это может понадобиться.

— Я тоже.

В Стюарте царило какое-то спокойствие, и я не был уверен в его причине. Был ли он все еще потрясен событиями прошлой ночи? Или злился? Считал ли меня безответственным? Хотел ли уйти?

— Итак, — подстраховался я. — У нас еще один день. Ты хотел бы вернуться в Кэрнс пораньше?

Он нахмурился.

— Для чего? Тебе все еще плохо?

— Нет, я просто подумал, что тебе с лихвой хватило волнений за один день так, что некоторое время не захочется больше.

— Хватило на всю жизнь, — добавил он. Но затем глубоко вздохнул и улыбнулся. — Я не хочу возвращаться раньше.

«Я не хочу возвращаться назад совсем», — промелькнуло в моей голове, и я надеялся, что Стюарт это скажет. Но ответом стала только тишина. Были ли мы настроены на одну волну? Чувствовал ли он то же, что и я? Прежде чем я успел спросить, он потянул меня за руку и повел к лестнице.

— Пошли. Сделаю тебе чай, и ты сможешь позвонить в береговую охрану, прежде чем они начнут нас искать.

***

Звонок в береговую охрану был коротким, но информативным. Это был шторм второй категории, вовсе не сверхопасный, но Стюарт управлял и шел под парусами сам, в темноте, в одиночку. Под проливным дождём, порывистым ветром и огромными волнами. Я не думаю, что он понимал масштабы своих действий. Оказались бы мы в опасности, если бы он не привел нас под защиту бухты? Невозможно сказать наверняка, но вполне вероятно.

Он поступил правильно. Совершил храбрый поступок.

— О, — сказал я в микрофон. — Мистер Дженнер приносит свои извинения за незнание радиопротокола. Приём.

Ответ береговой охраны прозвучал радостно:

— Обязательно научи его, если он и дальше собирается управлять яхтой. И передай, что он действительно хорошо справился. Приём.

Я улыбнулся Стюарту, который сидел за столом и слышал весь разговор.

— Я так и сделаю. Конец связи.

Я повесил трубку на рычаг и подошел к Стюарту. Он приготовил черный чай и пустые тосты.

— Хочешь попробовать что-нибудь поесть?

Мой желудок скрутило, и я покачал головой.

— Пока нет. Впрочем, чаю выпью.

Между нами все было тихо, не совсем в хорошем смысле, но и не в плохом. Были темы, которые предстояло обсудить, и ситуации, которые нужно было прояснить.

— Я многим тебе обязан, — начал я, — за прошлую ночь. За то, что позаботился обо мне и увёл яхту из шторма. Это на самом деле требовало мужества. Я знаю, что тебе трудно принимать личные комплименты, но я действительно горжусь тобой.