Часы смерти [Литрес] полностью

– Ну, Лючия – другое дело. Она недолюбливает Элеонору. А мне Элеонора нравится.

– Тем не менее вы по-прежнему согласны с мисс Хандрет, не правда ли?

– Я… нет, я… я не зн… О черт!

Хэдли, глядя Поллу прямо в лицо, произнес:

– Тогда вы будете рады услышать, что попытка бросить тень подозрения на мисс Карвер безнадежно провалилась и она является пока единственным человеком, в невиновности которого мы совершенно уверены. Она никого не убивала.

– А? – выговорил Полл после долгой паузы. Огонь в камине осел, по комнате запрыгали причудливые отблески, и оловянные кружки на полках, казалось, задвигались в полутьме. Старые балки таинственно поскрипывали. Полл замер с платком в руке, так и не донеся его до лба, словно подозревал розыгрыш. – А? – произнес он и попросил Хэдли повторить.

Главный инспектор повторил. Когда Полл заговорил снова, за столом прошелестел дружный выдох. Мельсону показалось, будто некая тень спустилась к ним и опять улетела.

– Так зачем же тогда морочить человеку голову? – спросил Полл, словно жалуясь. – Затащили меня сюда, смотрите так, будто это я всех нарочно перессорил. Черт! Но я рад, что у вас хватило здравого смысла разобраться во всем. Слышишь, старушка?

– Я слышу, – ответила Элеонора очень тихо. Она сидела неподвижно, сплетя пальцы рук. Потом отбросила назад волосы, грациозно качнув головой на высокой шее. Но взгляда при этом от него не отвела. – Спасибо за помощь, Крис.

– О да, право, не за что, – отмахнулся он с едва заметной поспешностью. На мгновение ему показалось, что в ее интонации слышалась не благодарность, а нечто иное, но он тут же отбросил всякие мысли о том, что она могла вложить в эти слова скрытый смысл. Он сидел с побитым видом и излучал любезность. – Вы… Я вам больше не нужен? Если нет, то я, пожалуй, пойду. Грязное это дело, но уж раз никто тут не пострадал по моей вине…

– Боюсь, вам необходимо разрядиться, сменить обстановку. Да вот, кстати, – сказал Хэдли с величайшей учтивостью, – вас приглашают. Мои юные друзья очень скоро отправляются… в кино, и они настаивают, чтобы вы к ним присоединились. Они считают, что обстановка в доме сейчас напряженная и ваша беседа с домочадцами может лишь подлить масла в огонь. Вы ведь настаиваете, чтобы мистер Полл пошел с вами, не так ли?

Он посмотрел на Хастингса, который тут же кивнул. Худощавое лицо молодого человека ничего не выражало, когда он вскинул темные глаза на главного инспектора.

– Мы настаиваем на этом, – подтвердил он, тайком шаря у себя в кармане. – Ха-хо-хо! Да, настаиваем, – повторил он уже увереннее. – Нет ничего приятнее, чем отметить радостное событие, не так ли? Непременно трехчасовая программа. Я только думал… может быть, к примеру, нам прямо сейчас и отправиться?

– Подождите минутку, – обратился к нему доктор Фелл сонным голосом. – Мне тут пришла в голову одна… Скажите, мистер Полл, больше ничего не выплыло из тумана прошлой ночи?

Полл, пытавшийся разобраться в новом повороте событий, призвал к порядку свои разбредающиеся мысли.

– Вы имеете в виду, не вспомнил ли я чего-нибудь еще? Нет. Сожалею, стар… э-э… сожалею. Абсолютно ни черта. Очень жаль. Целый день вспоминал, но…

– Даже когда мисс Хандрет сообщила вам о том, что произошло?

– Увы.

– Ха! – На красном сияющем лице доктора Фелла обозначился маленький глаз с веселой искоркой внутри. – Но, возможно, у вас есть какие-то соображения… своя теория… насчет того, что могло случиться? После… кхм… того, как наша первая версия лопнула, мы пытаемся найти какие-нибудь новые путеводные нити.

Полл, немного польщенный, придал себе таинственный вид. Из грудного кармана он извлек плоскую серебряную фляжку, притворился, что предлагает ее всем присутствующим, и сделал глубокий глоток. Чашечка весов задрожала и опустилась, нагруженная этой решающей унцией виски. Его голос зазвучал с хрипотцой и еще более доверительно:

– Совсем на меня не похоже, не так ли? Нет. Я всегда говорил следующее: есть люди, которые думают, и есть люди, которые делают. Если бы я сделал что-нибудь, я был бы одним из тех, кто действует, но я не делаю. Понимаете мою мысль? Ну, на многое я не претендую, но одну вещь я вам скажу. – Он постучал по столу согнутым указательным пальцем. – Не нравится мне этот парень – Стенли.

Хэдли выпрямился на скамье.

– Вы хотите сказать, – произнес он среди полной тишины, – что подозреваете…

– Ну-ну-ну! Я сказал, что он мне не нравится, – упрямо настаивал Полл, – и он мне действительно не нравится. И он это знает, я из этого секрета не делал. Но когда Лючия мне все рассказала, я подумал: «Так-так!» Может быть, все это ерунда. Пьяные разговоры и пьяные бредни. Но зачем, спрашивается, ставят два ствола на одно ружье? Затем, что птиц всегда больше чем одна, иначе во что бы превратилась охота? Так вот. В доме имеется убитый полицейский – дело гнусное. И в том же доме оказывается еще один полицейский. И, как утверждает Лючия, оба парня друг друга знали и даже работали вместе. Неужели это никого не заинтересует?