Под терроризмом понимается планирование или оправдание убийства невинных людей. Но анархическое общество должно быть создано именно обычными людьми. Во-первых, нельзя в чем-то убедить людей, взрывая их. Во-вторых, анархизм – это самоосвобождение. Свободу нельзя создать действиями элитного меньшинства, убивающей правителей от имени большинства. Проще говоря, «институты, существующие столетия, нельзя уничтожить несколькими килограммами взрывчатки». [Кропоткин, цитируется по: Martin A. Millar, Kropotkin, p. 174] Пока люди испытывают потребность в правителях, иерархия будет существовать. (см. главу A.2.16) Как уже говорилось ранее, свободу не дают, свободу берут. Наконец, анархизм всегда стремится к свободе. Бакунин писал, что, «если уж делать революцию ради освобождения человечества, то необходимо признать ценность жизни и свободы человека». [K.J. Kenafick, М. Бакунин и Карл Маркс, стр. 125]. Для анархистов средства определяют результат, и терроризм, по самой его сути нарушающий жизнь и свободу людей, не может использоваться для создания анархического общества. История, например, российской Революции подтвердила догадку Кропоткина, что «печальна судьба такой революции, которая осуществлена лишь террором». [цитируется по: Millar, Там же, стp. 175]
Помимо этого, анархисты против не самих людей, а таких социальных институтов и отношений, которые позволяют одним иметь власть над другими и злоупотреблять (то есть пользоваться) этой властью. Поэтому анархическая революция – это разрушение структур, а не убийство людей. Как писал Бакунин, «мы призываем не к убийству людей, а к отмене их статусов и привилегий», и анархизм «означает не физическое уничтожение буржуазии, а смерть буржуазии как политической и социальной организации, экономически отличной от рабочего класса». [The Basic Bakunin, стp. 71 и 70] Иначе говоря, «нельзя взорвать общественные отношения» (так называлась анархическая антитеррористическая брошюра).
Как же тогда получается, что анархизм ассоциируют с насилием? Частично это результат того, что государство и СМИ клеймят "анархистами" террористов, которые никакого отношения к анархизму не имели. Например, немецкую банду Баадера-Майнхофф часто называли "анархистами" несмотря на то, что сами они себя считали марксистами-ленинистами. Клевета, к сожалению, работает. Эмма Гольдман писала, «всем, кто знаком с анархическим движением, известно, что очень много актов, за которые анархисты должны были пострадать, или были созданы капиталистической прессой или спровоцированы, если не прямо совершены полицией». [Red Emma Speaks, стp. 262]
В качестве примера можно привести современное антиглобалистское движение. В Сиэтле, например, СМИ сообщали "о насилии" со стороны протестующих (особенно анархистов), которое на деле заключалось в нескольких разбитых витринах. О полицейском насилии (начавшемся до первой разбитой витрины) они умолчали. СМИ и позже освещали демонстрации антиглобалистов по этому образцу, настойчиво объединяя анархизм с насилием, несмотря на то, что наоборот, именно протестующие были жертвами жесточайшего насилия со стороны государства. Анархическая активистка Стархоук заявила, что «если бить витрины и сопротивляться нападению полицейских - это "насилие", тогда придумайте мне слово в тысячу раз сильнее, чтобы использовать его для обозначения случаев, когда полицейские избивают несопротивляющихся людей до состояния комы». [Staying on the Streets, стp. 130]
Точно так же при генуэйских протестах в 2001 г. ведущие СМИ обвиняли протестующих в жестокости даже при том, что государственное насилие привело к смерти одного из них и к госпитализации нескольких тысяч. Присутствием полицейских агентов и их провокаций для разжигания беспорядка СМИ не заинтересовались. Как Стархоук впоследствии отмечала, в Генуе «мы столкнулись с тщательно организованной политической кампанией государственного терроризма. Кампания включала дезинформацию, использование агентов и провокаторов, сговор с фашистскими группировками..., преднамеренный выбор в качестве мишени групп мирных людей для использования слезоточивого газа и избиения их, повальную жестокость полиции, пытки заключенных, политическое преследование организаторов... Они делали все открыто, способами, которые подчеркивают, что они не боялись последствий и им гарантировалась политическое прикрытие от самых высокопоставленных лиц». [Там же, С. 128-9] Неудивительно, что все это СМИ проигнорировали.
