– Это верно, он не то, что мы. Мы с тобой – воры и скоты, а он – честный. Значит не доносчик. Это тебя спасает. Больше к нему не подходи на пушечный выстрел.
Саньке полегчало:
– Может извиниться?
Роман хихикнул, и стало Саньке жутко, поскольку смеялся он неслышно, крайне редко и только язвительно.
– Человеку мочу в глотку влили, а потом извинились. Черный юмор. – он оборвал смех. – На пушечный выстрел. Я сам с ним разберусь… А тебя надо наказать. Как наказать?
– Рома, прости. – загнусавил Санька.
– За всё надо платить. Это закон эволюции. Чарльз Дарвин так сказал и никто этого приговора не отменял. Даже христиане и мусульмане. Сейчас придумаю, что тебе положено.
Роман потёр лоб, размышляя. Санька ощутил влагу уже и в ботинках.
– Так… Месяц тебе не будет ни пива, ни Людки.
Ошеломленный Санька рухнул на стул.
– Рома, ты чо! – произнес он, чуть не плача.
– Не ной! – брезгливо поморщился Роман. – Потерпишь и осознаешь всю глубину своей дебильности.
На этом их встреча закончилась.
Солдаты между собой шутили, что когда Санька вышел от Романа, то от него исходил весьма неприятный запах.
Роман знал, куда бил. Таких, как Санька, надо учить, лишая удовлетворения базовых, как определяют их биологи, потребностей. Тоже древний способ, истинно человеческий. Пиво. И Людка, Санькина рыжая шельма, жена бравого, похожего на гусара, старшего лейтенанта Юрия Дружинкина, обслуживавшая ночами бензиновых воров, самая желанная для квадратного идиота услада, без которой он уже не мог себе представить существования и недели. Месяц – это был жестокий удар ниже пояса. Что ж, за все надо платить, покорно сломался Санька, превращаясь в собственных глазах в святого великомученника. И он знал, что ослушаться и нарушить наказание, наложенное на него Романом, невозможно – донесут. И тогда будет… Лучше было не фантазировать. Скрежеща зубами, Санька терпел, несказанно мучаясь, когда парни у него на глазах начинали поглощать «Бургское». Он куда-нибудь уходил, скрывался.
Муж Людки, Людмилы Бородиной в девичестве, был к тому времени импотент и лудоман, просаживавший в рулетку всё, что зарабатывал и ухитрялся занять, хотя взаймы давали ему уже только неосведомленные о его грехе. Бравый, похожий на гусара времен Дениса Давыдова, начиненный сексуальной энергией офицер превратился в тряпку, в азартного игрока подпольного казино. Ничего на свете его уже не радовало, кроме трепета от крутящегося колеса и юркого шарика. И ожидания выигрыша. А началось всё от другой жажды – купить хорошую импортную тачку. «Вольво» или, на худой конец, «Пежо». На половину цены он уже скопил. И тут сманил его в казино сослуживец, прапор Сутягин. И лейтенанту Юре Дружинкину повезло с первого же захода, редчайший случай. И крупно повезло, отхватил тысячу зеленых. И пошло-поехало. Через месяц он был уже пуст как банка из-под пива. И втянулся в игру безвозвратно. Мысли крутились только вокруг «где достать деньжат» и «вот сегодня уж точно повезет». Юрий Дружинкин опускался стремительно и надежно, достигая того азартного дна, на котором в былые времена князья закладывали жен и дочерей. Поэтому идея запродать жену Роману Кукуеву была для Дружинина закономерным патологическим итогом.
Людочка была верной любящей женой, воспитанной в самых строгих принципах женской скромности. И как порядочная современная жена офицера тоже хотела «Вольво», почему нет, чем она хуже жены Леонтьева, этой жирной кобылы. Может поэтому она не только не остановила мужа, а прыгала от радости, когда он показал ей выигранную тысячу долларов. И даже сходила с ним дважды поиграть. Но не повезло, муж проиграл и эту тысячу, и в свои запасы залез. Причину проигрыша становящееся больным сознание нашло в жене – не приносит игрокам удачу присутствие в игре женщин. Людмиле было запрещено ходить с ним. Она покорилась, хотя азарт охватил и её. Но дальше сценарий развивался совсем противоположным образом, чем мечталось обоим. Бюджет их затрещал по швам. Но это было бы ничего, в конце концов таковы законы игры, когда-то же крупно повезёт и все проигрыши останутся позади. Так и думала терпеливая и верная жена офицера.
Но случилось совсем уж непредвиденное и ужасное. Любимый бравый Юричек перестал с Людочкой, со своим солнышком… спать. Редко-редко удавалось ей подвигнуть мужа на утехи, да и утехами это назвать было уже большой натяжкой. Только благодаря её природному чутью и приобретённому в замужестве и просмотре порнофильмов искусству, удавалось Людочке завести его настолько, чтобы насладиться хоть чуточку. А потом и вовсе произошла беда, муж превратился в хронического импотента, по которому плакала реклама сексологов и знахарей. Наступила эпоха страданий, Людмила подумывала о психотерапевте, а мужа лихорадило от ожидания дня, когда он снова сядет к рулетке. В промежутках все его мысли заняты были поиском денег. Людмила мучилась. Ей страшно хотелось помочь мужу, она стала занимать у подруг, и, в конце концов, тоже превратилась в попрошайку без возврата долга. Она нервничала, злилась, и не выдержала, бросила как-то в сердцах:
