– Недавно креатин провёл по своему мусорному маршруту девушку со скелетом. Я заснял.
Он дал флэшку.
Экскурсия предстала перед взором Гаргалина как некий видео-репортаж: вот троица разглядывает мусорные площадки, встретили знакомого старца, Арбелин с ним о чём-то переговорил и разминулись, вот перебирают выброшенное на мусорку барахло. Если и было во всём этом репортаже что-то привлекательное, то только изящная хромоножка. Ею Гаргалин залюбовался.
– Девочка-то, Петрович, как из Голливуда!
Ляушин побагровел:
– Слов нет!
– Нда… фрукт.. Пять жён… Мусорки.. – перечислял Гаргалин отстранённо. Встряхнулся. – Хорошо потрудились. Завтра ко мне. Я поработаю над информацией.
Гаргалин пролистал оставленные отчёты, ещё раз внимательно посмотрел фотографии и видеозаписи. Девушка вновь остановила его придирчивый взгляд. Эх, хороша! К нам бы такую завербовать…
Странная связка Арбелина с поваром и студенткой психфака задавала задачу.
Гаргалин размышлял: «Как мог отшельник, одиночка, нигде не служивший, создать какую-то фасцинетику и выдумать грамотно составленный проект секретного центра? Не является ли он чьим-то ретранслятором, который сейчас наблюдает за разворотом событий? Какая и чья хитрость может быть скрыта за всем этим? Надо его увидеть вживе, услышать, посмотреть в глаза. Повода для встречи искать нечего – его проект сам собой взывает к свиданию. Но надо крепко подготовиться, встреча непростая». И Гаргалин записал в дневник призвать к себе Арбелина через три дня. Трёх дней на подготовку к беседе с креатином достаточно, решил он. Кроме того ещё что-нибудь Никшанов с Ляушиным накопают.
И как в воду смотрел. Ляушин добавил ему новый факт: вчера креатин снова остановился и разговаривал с тем странным стариком, который фигурировал в «репортаже».
– Что за старик? Выяснил?
– А как же! Приклеился к нему и дошёл до квартиры. По адресу его поднял о нём всю информацию. Пенсионер, 76 лет. Работал в горной академии доцентом. Я за ним несколько раз прошёлся. Собирает по мусоркам в основном металл, сдаёт в пункты металлолома. Наверняка, добавку к пенсии прирабатывает.
– Вот дожили! Учёные по мусоркам ходят. – ругнулся Гаргалин.
К встрече с соратниками Арбелин заготовил сюрприз: купил в ближайшем киоске по две штуки всех марок мороженого, какие были выставлены на витрине, чем удивил и обрадовал киоскёршу.
– Для детей? – полюбопытствовала она.
– Для сорванцов. – засмеялся Арбелин, укладывая в заготовленную коробку шестьдесят шесть мороженок.
Как только появились Альфа с Денисом, он достал из холодильника и аккуратно в шеренгу выстроил все тридцать три образца:
– Вот они, милые, во всей рыночной красе.
– Ой, как здорово! Никогда столько разных сразу не видела. – отреагировала восторженно Альфа.
Арбелин обратился к ним:
– Присмотритесь и, не долго раздумывая, выберите каждый по пять штук тех, какие вам понравились больше всего.
Глаза академиков загорелись и они ринулись исполнять тест.
Через минуту наборы были готовы. Сравнили. Оказалось, что у Альфы и Дениса по три штуки совпали и среди них «Трали-вали». Ещё две были «Морозко» в вафельном стаканчике и «Эскимо» в шоколаде на палочке.
– Прекрасно, – констатировал итог теста Арбелин. – Почему эти три совпали, как вы думаете?
Как всегда, первой откликнулась стремительная Альфа:
– «Трали-вали» необычное, а «Морозко» с «Эскимо» – привычные, любимые всеми ребятами с детства.
– Точно, я тоже по этому принципу отобрал. – согласился Денис.
– Видите, как даже в простейшем случае управляет поведением фасцинация: необычное и любимое-привычное. Мы же должны придумать не привычное, тут нам «Морозко», «Эскимо» или «Пломбир» не переплюнуть, проиграем. Значит надо идти в сторону к необычному, новому, вылетающему из ряда привычного. Изобретатели «Трали-вали» и пошли по этому пути. И добились своего. Но, мне кажется, изобретение их несколько неточное. «Трали-вали» слишком фривольно и ассоциируется с этаким пустым легкомыслием. Нам надо это учесть и придумать гораздо более сильный для очарования образ. О вкусе я пока не говорю. Давайте испробуем на язык «Трали-вали» и «Морозко». Что вам понравится больше.
Принялись за дегустацию. Остальные марки мороженого Арбелин собрал в коробку и отнёс в холодильник:
– Будем потом смаковать.
Минут через пять, когда распробовали, обсудили.
И Денис, и Альфа никаких весомых преимуществ во вкусе не выделили. Отличие во рту фиксировалось, но не настолько, чтобы отдать безусловное предпочтение какому-то из мороженок.
– Я вчера распробовал и тоже пришел к выводу, что фифти-фифти. Денис, сумеешь сделать вкуснее?
– Юлиан Юрьевич, запросто. Я знаю добавку, которая точно перебьёт эти мороженки. Главное – это пропорции. Из одних и тех же ингредиентов в разных пропорциях получится разный вкус.
– Отлично, это то, что надо. Если вкус будет очаровательнее, остаётся создать образ. Как вы это видите? Как назовём? В какой обёртке подадим? Какие завлекушки запустим? Учитывая, друзья мои, что основные потребители – дети и женщины.
