— Нападение произошло около часа ночи, курьера за ней прислали только в девять утра, когда она не явилась на собрание. В чем-то Мелани повезло. Она заказала еду в китайском ресторанчике, и разносчик спугнул преступника. Когда парень из ресторана позвонил в дверь, убийца испугался и не смог закончить начатого.
— Как она? — участливо спросила Келли. — Что с ней сделали?
— Удар по голове тупым предметом. Мелани нашли без сознания и сразу же отвезли в хирургию. У нее субдуральная гематома, проще говоря, кровоизлияние в мозг.
— Господи… Она выживет?
— Пока трудно сказать. Несколько часов после операции Мелани находилась в сознании, потом неожиданно впала в кому и с тех пор в себя не приходила.
— Мне так жаль… — Она даже не знала, что сказать. По щекам потекли слезы, и она отерла глаза рукавом. — Какие цветы принес убийца?
— Понятия не имею. — Джеймисон, кажется, немного растерялся. — Какая разница?
— Я просто так спросила… А что Мелани сказала обо мне? Почему вы звоните?
— Она все повторяла несколько имен, одно из них — ваше. Телефон мы нашли в записной книжке, остальное я додумал сам.
— Остальное? Что именно?
— Мелани рассказала, что ее знакомая получила письмо и часы, имени она не называла, но догадаться, поверьте, легко.
Келли поежилась. Ей внезапно стало холодно.
— Где они? Часы и записка — вы их нашли?
— По счастью, да. Они переданы в руки властей. Полиция штата Мэн хотела бы задать вам несколько вопросов по делу Мелани, да и по вашему делу тоже.
— Часы…
— Принадлежали Диане. Да, это мы уже проверили. Мелани просто не успела вам сообщить.
Зачем она так легко призналась, что имеет отношение к часам? До сих пор Джеймисон действовал по наитию, зато теперь знает точно. Впрочем, какой смысл молчать? Все равно правда рано или поздно выплывет.
— Диана и Мелани имели отношение к Стивену Гейджу. Вы тоже каким-то образом с ним связаны?
Джеймисон прощупывал варианты, словно слепой в незнакомой комнате. Да, интуиция редко его подводила, и все же одной интуиции недостаточно. Нужны факты.
— Не сочтите за грубость, но отвечать я не стану, — отрубила Келли.
— Что ж, по крайней мере, честно, — усмехнулся Майк. — Мне можете не говорить, но полиции-то сказать придется. Убийца ведь все еще на свободе.
— С чего вы взяли, что я могу помочь? Думаете, всё это как-то связано?
Повисла пауза.
— Не знаю, — признался наконец Джеймисон, — однако собираюсь выяснить и надеюсь, что вы по возможности будете содействовать расследованию.
— Да, конечно… Хотя я…
Келли не решила еще, что сказать, как мужчина перебил ее:
— Мелани рассказывала, что у вас есть дочь и вы боитесь огласки. Поверьте, это я прекрасно понимаю, у самого дети есть. Только вам решать, подвергать собственную жизнь риску или нет, но в деле замешаны и другие люди. Если бы вы сразу обратились в полицию, кто знает… Возможно, мы избежали бы многих жертв.
— Кто знает… — эхом повторила Келли.
Слова попали прямо в цель. Она подвергла Мелани опасности и самоустранилась. Во всем виновата одна она. Как и прежде.
Ну как справиться с угрызениями совести?
— Я пойду в полицию, — решилась Келли, — и сделаю все, что в моих силах. Если я попрошу, они не будут афишировать мое участие в деле?
— Уверен.
— Вы дадите мне номер?
— В Мэне вам придется поговорить с Джеком Пуласки, он работает в полиции штата.
Она записала имя и телефон.
— Полицейские департаменты Нью-Йорка и Мэна работают вместе? — спросила она.
— Еще нет, — ответил Джеймисон. — Бюрократия, знаете ли. Пока согласуют бумажки… К тому же на Мелани напали только сегодня ночью. Но я уверен, что сотрудничество не за горами. Вы нам существенно поможете, ведь именно вы являетесь связующим звеном между Дианой и Мелани.
Наверху зажурчал туалет. Анна проснулась.
— Я завтра же позвоню этому Пуласки, — пообещала Келли.
— Вот и отлично, — обрадовался Майк. — Надеюсь, вы не возражаете, если я передам ему ваш телефон?
Простые слова прозвучали довольно угрожающе: не согласишься давать показания, тебя заставят.
В дверном проеме появилась Анна, заспанная и беспрестанно зевающая.
— Ты меня разбудила, — пожаловалась девочка. Келли предупреждающе подняла руку: подожди минутку.
— Думаю, это все, — сказала она в трубку.
— Пока да. И все же, прошу вас, будьте осторожны.
Попрощавшись, Келли усадила дочь на колени.
— Прости, родная, — прошептала ока, поглаживая шелковистые волосы Анны.
— Что случилось? — капризно спросила девочка.
— Ничего, милая. — Келли заставила себя улыбнуться.
Вместе они поднялись наверх, Келли уложила дочь в постель, подоткнула ей одеяло и сидела рядом, пока Анна не уснула. В полутемной комнате спящая девочка казалась настоящим ангелом. Конечно, она рассчитывала поведать дочери правду, но — когда-нибудь. Теперь все было так зыбко. Сегодня ее тайна еще является тайной, а что будет завтра? Что ответить Анне, когда та начнет задавать вопросы?
Тени. Шорохи. Голоса.
Веки, налитые свинцом. Надо собираться на работу. Сегодня слушание по делу Леверетта. Что-то держит ее, крепко держит, не дает подняться. Кто здесь — вместе с ней? Да и где она сама?
