— Кто у него еще есть?
— Мать, Бренда, довольно неуравновешенная особа. Думаю, если бы не муж с сыновьями, она бы окончательно свихнулась. Когда Стивен был еще маленьким, она пыталась покончить с собой. Он пришел домой и увидел в ванной умирающую мать. И кровь, везде кровь. Вряд ли Бренда сумела бы спланировать убийства, а уж тем более осуществить план. Хотя… Люди со временем меняются.
— Она тоже живет в Нэшвилле?
— Скорее всего, да. Связи я с ней, естественно, не поддерживаю, так что точно не знаю.
Послышался легкий шорох — Фаркс перевернул страницу в блокноте.
Келли облизнула пересохшие губы.
— Кто еще был связан со Стивеном? — настаивал Пуласки.
— Понятия не имею. Были еще все эти поклонницы — писали ему письма, заваливали подарками, одна даже свитер связала. Каждый раз, когда Стивена вводили в зал, толпы ненормальных бросались ему на шею. Интересно, они и впрямь верили в его невиновность, или для них это значения не имело?
— У Гейджа были друзья? — спросил Джек.
— Нет. — Она криво улыбнулась. — У него была одна я. Он часто говорил, что на друзей нет времени. Когда все открылось, я поняла, что он действительно был очень занятым человеком. Мне всегда казалось странным, что Стивен не сделал карьеры. Так, устроился в юридическую фирму средней руки, постоянно что-то не успевал… Я ему советовала не зацикливаться на вечном совершенствовании, думала, проблема в этом. Оказалось, нет. У него была ведь и вторая работа, куда более важная. Подумать только, сколько сил уходило на убийства.
В половине пятого Келли выехала на шоссе и повернула обратно к Мерриту. Ее трясло, руки едва слушались, глаза с трудом следили за дорогой. Она решила доехать до ближайшего мотеля и там поспать. Солнце, правда, еще не село, а до темноты хотелось еще немного проехать.
Через полчаса Келли сообразила, что улицы выглядят незнакомыми. Магазин одежды, супермаркет… Неужели она тут уже ехала с утра? Вполне возможно, тогда она по сторонам особенно не смотрела. А может быть, все-таки не туда свернула? Так, указатель… Келли остановилась разобраться, что к чему. Названия не вызывали никаких ассоциаций.
Августа. Бангор. Левинстон. Все незнакомые. И потом — ОСТРОВ БЛЮ-ПИК / ПАРОМ ДО ОСТРОВА КАРТРАЙТ. Стрелка указывала прямо.
Сердце гулко билось в груди. До сих пор Блю-Пик казался чем-то нереальным, вымышленным. Теперь вот он, совсем рядом. Как странно. Впрочем, ничего странного тут нет. Вполне логично, что расследование ведется неподалеку от места преступления.
Подъехав к самой воде, Келли бездумно созерцала окрестный пейзаж. Серое небо, крикливые чайки, непонятные металлические конструкции на горизонте. Справа от дороги — причал. Видимо, оттуда и уходит пресловутый паром.
Выбора практически не было. Она решительно направила машину к близлежащей стоянке.
Келли вышла из машины и спустилась к воде. Ветер свистел, ударяясь о рябь сизых волн. На причале горел электронный дисплей с расписанием парома:
ОСТРОВ КАРТРАЙТ: 8.15… 11.15… 14.15… 17.15…
ОСТРОВ БЛЮ-ПИК: 8… 10… 14… 16…
Она взглянула на часы: двадцать минут пятого. Опоздала. Не то чтобы она собиралась на остров, ведь все, что ей было нужно в Мэне, она сделала…
Постояв немного на причале, Келли вернулась к машине, села, достала карту и попыталась определить, где же она оказалась. Так, ясно, надо просто повернуть налево. Она вставила ключ в зажигание и вырулила на шоссе. Стоя на обочине в ожидании свободного места в потоке, она огляделась. Чуть дальше виднелась гостиница — как на заказ. Какая-то машина притормозила, пропуская ее, но Келли отрицательно покачала толовой, потом резко повернула руль и подъехала обратно к стоянке. Она все еще не решила, что именно будет делать.
Может, у них мест нет. Проверить все равно стоит. К тому же хочется спать. Почему бы не спросить? Дверь открыл высокий мужчина с котом на руках. Другой кот выскочил откуда-то из глубины гостиницы и потерся Келли об ноги.
— У вас есть свободный номер до завтра? — спросила она.
— Да, вам повезло.
Было восемь утра. Келли стояла на палубе парома, опершись на деревянные перила. Холодный ветер ерошил ее волосы. Паром прошел мимо маяка, но она на него не смотрела. Она думала о Диане. Писательница запечатлелась в ее памяти молодой и красивой. Впрочем, скорее всего, она осталась бы привлекательной и в старости. Высокие скулы, тонкий породистый нос… Люди с такими чертами не дурнеют.
Впервые они встретились на собрании общества анонимных алкоголиков в Нэшвилле, Келли тогда было плохо, очень плохо, ей требовалось с кем-то поговорить. Когда она выходила с собрания, Диана сунула ей в руку листок с телефоном.
