В рыночной экономике индивид свободен в своих действиях в рамках частной собственности и рынка. Его выбор окончателен. Для окружающих его действия являются данностью, которую они должны учитывать в своем собственном поведении. Координация автономных действий всех индивидов достигается в результате работы рынка. Общество не говорит человеку, что делать, а что не делать. Нет необходимости специальными приказами и запретами принуждать к общественному сотрудничеству. Приспособление к требованиям производственных усилий общества и озабоченность индивидов собственными делами не находятся в конфликте друг с другом. Соответственно, для улаживания этих конфликтов не требуется никакого органа. Система способна работать и выполнять свои задачи без вмешательства властей, издающих специальные указы и запреты и наказывающих тех, кто не подчиняется.
Вне сферы действия частной собственности и рынка лежит сфера сдерживания и принуждения; организованное общество особыми мерами защищает частную собственность и рынок от насилия, преступного умысла и мошенничества. В отличие от царства свободы это царство ограничений. Существуют правила, отличающие то, что законно, от того, что незаконно, то, что разрешено, от того, что запрещено. Есть беспощадная машина оружия, тюрем и виселиц и людей, ими управляющих, которая готова сокрушить всех, кто посмеет не повиноваться.
Итак, реформаторы, планы которых мы сейчас рассматриваем, предлагают, чтобы наряду с нормами, предназначенными для защиты и сохранения частной собственности, были установлены дополнительные этические правила. Они хотят реализовать в производстве и потреблении правила, отличные от тех, которые были бы реализованы при общественном порядке, в котором индивиды не сдерживаются никакими обязательствами, кроме посягательства на личность окружающих людей и право частной собственности. Они хотят объявить вне закона те мотивы, которые направляют деятельность индивида в рыночной экономике (они называют их эгоизмом, стяжательством и жаждой наживы), и заменить их другими побуждениями (они называют их совестливостью, праведностью, альтруизмом, богобоязненностью и милосердием). Они убеждены, что такая реформа нравственности сама по себе будет достаточна, чтобы обеспечить более удовлетворительный, с их точки зрения, режим функционирования экономической системы, чем в условиях свободного капитализма, не прибегая к тем специфическим мероприятиям государства, которых требуют интервенционизм и социализм.
Сторонники этих доктрин не способны понять роль в функционировании рыночной экономики тех побудительных причин деятельности, которые они осуждают как порочные. Единственная причина, почему рыночная экономика может функционировать без правительственных указаний, точно предписывающих каждому, что он должен делать и как именно он должен это делать, заключается в том, что она не требует ни от кого отклоняться от линии поведения, которая лучше всего служит его интересам. Именно преследование своих собственных целей интегрирует действия индивидов в целостность общественной системы производства. Занимаясь стяжательством, каждый действующий субъект вносит свой вклад в достижение наилучшей организации производственной деятельности. Поэтому в рамках частной собственности и законов, защищающих ее от поползновений со стороны насильственных или мошеннических действий, не существует антагонизма между интересами индивида и интересами общества. Рыночная экономика превратится в хаотическую неразбериху, если устранить господство частной собственности, которую реформаторы клеймят как эгоистичность. Уговаривая людей прислушиваться к голосу своей совести и заменить соображения частной прибыли соображениями общественного благосостояния, нельзя создать работающий и удовлетворительный общественный порядок. Недостаточно сказать человеку, чтобы он
Реформатор говорит: предприниматель ведет себя грубо и эгоистично, когда, пользуясь своим превосходством, сбивает цены, запрашиваемые менее эффективными конкурентами, и тем самым вынуждая людей уходить из этой сферы деятельности. Но как должен вести себя предприниматель-альтруист? Должен ли он ни при каких условиях не продавать по цене, ниже чем у любого из конкурентов? Или все-таки в определенных условиях оправданно сбивание цен конкурентов?
