Аргла смотрела на него, как хищница, готовая растерзать в любой миг. Забыв церемонии, не дождавшись ответа Цедрога, она подошла вплотную к Ранаяру. Он с болью смотрел на женщину, которая в отчаянии защищала своё счастье. Часто дыша, она задержала на любимом свой взгляд. В нем было всё — укор, гнев, любовь, ненависть. Потом она перевела взгляд на стоящего рядом Авита, метнув свои эмоции в виновника всей этой затеи и разрушителя её счастья. Неожиданно раздался звук пощёчины — даже Ранаяр не ожидал, что добропорядочная южанка на это способна! Авит поднес руку к горящей от удара щеке и прямо, открыто посмотрел на женщину. В его взгляде мелькнуло удивление и… восхищение? Ранаяр стиснул зубы: он докажет, что он сильнее и опытнее этого мальчишки, да и любого из живущих ныне воинов! Он покосился на Эргона — да, теперь и правда Ранаяр был лучше любого воина!
Аргла с вызовом встретила горячий взгляд Авита, резко отвернулась и побежала к двери. Теперь пути назад для Ранаяра не было.
Авит закинул руки за затылок и откинулся на лавочке в беседке — той самой беседке, куда Ниов не так давно впервые привёл Мирту. Отсюда всё началось. Авит повернул голову и посмотрел на друзей.
Ниов уставился в пустоту куда-то мимо розовых кустов и фонтана. Выглядел он, прямо сказать, очень уж неважно. Авит тихо спросил:
— Как ты думаешь, если бы ты остался на Севере, твои шрамы… Тебе стало бы лучше?
— Я бы не остался, — бесцветно отозвался Ниов.
— А лекари Дубовья… Может, они бы смогли… как-то… ну…
— Уж они бы смогли! — фыркнул Ниов и отвернулся.
Лицо Клова прорезала морщинка. Он ободряюще положил руку на предплечье Ниова.
— По правде, есть одно решение.
Он неуверенно посмотрел на Авита. Тут Авит был согласен — нечего уж скрывать. Тем более, что после Иссы — вернее, после её ухода — Ниов совсем скис и вроде бы даже потерял всякий резон бороться. Он даже порывался выгонять Авита, когда тот приходил обработать раны по её указаниям.
Не успел Авит раскрыть рот, как Ниов взорвался:
— Всё вы что-то мутите, мутите у меня за спиной! То с Иссой шушукались — и где она теперь, Исса? Бросила меня, и не дала мне никакого шанса…
— Нет, нет! — перебил Авит.
Сидящая рядом с Кловом Мирта вжалась в лавочку, задрожав от повышенных тонов. Клов быстро посмотрел на неё и мягко улыбнулся. За эти недели она словно стала его тенью — несмотря на то, что как бы принадлежит Авиту. Авит подумал — он бы сошёл с ума, если б она так постоянно таскалась за ним. Хорошо, что удалось скинуть это бремя на Клова.
— Друг мой! Сударь мой Ниов! Я… — он начал было выкручивать слова в какое-то подобие смысла, но как же это было тяжело!
— Что «ты»? Ты тоже бросишь меня так же, как бросила она! Лучше бы я умер в Леде!
— Да скажи уже ему, и всё! — отрезал Клов. Хорошо ему говорить!
— Что сказать? — настороженно сощурился Ниов.
И правда. Что тянуть? День ото дня и час от часу буря только сгущается сильнее. Авит тяжело и шумно вздохнул и выдавил из себя:
— Исса в Доргодраге из-за тебя. Ради тебя.
— Чего? Ты на солнце перегрелся?!
— Ниов, только не ори, — предвосхитил Авит его реакцию. — Пожалуйста, выслушай.
Судя по тому, как Ниов нахмурился и часто задышал, выслушать Авита без вреда для его здоровья сейчас был бы больше готов бешеный шипохвост, а никакой не Ниов. Но деваться некуда.
— Ниов, мы расшифровали эти старые бумажки, что Ранаяр оставил Иссе на древнедайбергском. Там сказано, как избавиться от драконьего яда, если человека ранил дракон.
Клов и Ниов, да и Мирта, кажется, даже дышать перестали в ожидании того, что сейчас скажет Авит. А вот Авит опасался, что заговори он дальше — друг его просто прикончит. Он собрался с силами и продолжил.
— Драконье пламя выжигает драконий яд, — выдохнул Авит и мысленно попрощался с жизнью.
Ниов вначале истерично рассмеялся, потом вскочил и поднял руки к небу.
— Звёздные предки, почему я не издох ещё там, в Леде! Вы что все, издеваетесь?!
Авит опустил голову. В общем, его можно было понять. Но как теперь объяснить, что Исса хотела как лучше?
Когда Ниов походил туда-сюда по беседке, вдоволь позамахивался на друзей руками и наконец проорался — то есть, примерно через полчаса, — он наконец сел и выдохнул.
Тогда Клов тихо сказал ему без особых вступлений:
— Она тебя любит.
— Она?! Да она не даёт даже прикоснуться к ней! Жена, называется! Да ей ящеры дороже…
Он умолк.
Авит хмыкнул и воспользовался паузой, пока тот соображал:
— «Ящеры дороже хромого урода, ради которого она к ним и отправилась»?
Ниов надолго умолк. Потом сказал:
— Выставьте меня на суд поединком. Нечего Ранаяру там делать. Это не его битва.
Не стал обсуждать с ними Иссу, значит. Оставил себе, подумалось Авиту.
— Это с чего вдруг? Ты еле на ногах стоишь.