Что я делаю? Это не правильно. Я сам взял и поцеловал брата. Я! СЕЙЧАС! ЗДЕСЬ! В ЭТОЙ КОМНАТЕ! В ЕГО КРОВАТИ! Целую. Собственного. Брата. С ума сойти. Но мне так нравится. Казалось, что ни с одной девушкой у меня не будет такого ощущения эйфории, как с ним. Я не знаю, как Билл умеет так притягивать. Его образ хрупкого женственного мальчика переворачивает во мне всю наружность. Его пухлые, слегка розовые губы так и просят поцеловать, от чего я не смею отказаться. Слегка неумелый поцелуй заставляет меня податься навстречу и преподать мастер-класс. Какой же он все-таки непорочный, так и не хочется портить девственное тело.
Казалось, я как можно нежнее прикасался к губам, посасывал сначала верхнюю, затем нижнюю, чувствуя робкие движения со стороны брата. Дыхание давно перекрыло, и я чувствовал, как он еле уловимо дышал. А может, вообще не дышал? Или был возмущен? Только не отталкивай, прошу.
Как хорошо, что он не слышит мои мысли, но может догадаться. Последние дни я то и делаю, что размышляю на тему противоестественности. А может взять и послать разум к чертям? А что подумает Билл? А родители? Что думаю о себе я, в конце концов? Мои сомнения по поводу ориентации заставляют не на шутку насторожиться, ведь ранее я был на сто процентов уверен, что я натурал. Но почему меня так тянет к нему, несмотря на личные принципы?
Тонкие холодные пальцы слегка дотронулись до моих щек, когда я уже, не обращая ни на что внимания, начал мучить губы Билла, проникая в рот языком. Так волнительно и чувственно, что у меня захватило дух. Я будто боялся, что брат может прекратить. Что ему не нравится. Я мысленно просил высшие силы оттянуть момент, чтобы насладиться им сполна. Сплетение языков разжигало кровь в наших молодых жилах и помутнило рассудок. Чем дольше я целовал Билла, тем быстрее слетала моя крыша. Я был поглощён, словно сладчайший нектар амброзии я вкушал, лаская его губы, а руками гладил по гладким и хрупким плечам, очерчивая их контур, переходил на шею.
Мне показалось, его дыхание стало тяжелее и грудная клетка начала вздыматься уж слишком часто. Остановившись, чтобы удостовериться, что с брюнетом все в порядке, я посмотрел на него. Когда-то глаза карамельного оттенка напоминали сейчас пару угольков, приглушенных пеленой дыма. Так и было – некая невидимая пелена затмила его разум, и не давала мне понять, какие эмоции вызвал у него наш поцелуй? Где-то уже я видел этот взгляд. Он смотрел на меня и в то же время сквозь, излучая какое-то безумное желание. Пухлые губы слегка приоткрыты и пересохли. Случайно пройдясь рукой по животу, с удивлением замечаю бугорок в области паха. Ох, Билл, Билли, так вот в чем причина твоего внешнего изменения. а я чуть было не забеспокоился, как бы мне не пришлось звонить в скорую.
Слегка улыбаюсь, заглядывая в детские глаза, в которых так и плещется море похоти и желания. Я будто под действием гипноза, откидываю одеяло в сторону, оголяя юношеское превосходное тело. А вот и та самая тату-звездочка, о которой я намеревался спросить. Но об этом позже. Однако же я обвожу ее контур пальцем, едва касаясь бледной кожи, но вызываю дрожь по всему телу и множество мурашек рассыпалось вокруг, заставляя самого брюнета слегка вздрогнуть. Его мутный взгляд пытается не пропустить ни единого движения. Он тщательно следит за руками и будто боится пошевелиться, боится сделать лишний вздох. Какой же он робкий, несмотря на нотки дерзости, присущие подростку в трудный возраст.
Приспускаю узкие серые боксеры, что удобно устроились на его тонкой фигуре, обхватываю готовую к действиям напрягшуюся плоть и совершаю пару движений вверх-вниз, вследствие чего, послышался сдавленный стон. Этого хватило для того, чтобы продолжить утренние ласки. Казалось, Билл себя вовсе не контролировал: он шумно и тяжело дышал, снова и снова сладко облизывая сладкие губы. Выгибал изящные бедра навстречу моей руке, а под конец и вовсе уцепился пальцами за простынь, крепко сжав ее. Я поражался, с какой силой он толкался мне в руку, зажмурившись. Губу брюнет прокусил до крови, но когда, наконец, излился вязкой жидкостью, громко застонал, обессилено рухнув головой на подушки.
Вытерев руку влажной салфеткой, я поспешил разделить с ним минуты отдыха и лег рядом, подперев рукой голову. Я наблюдал, как Билл постепенно приходит в себя. Как дыхание его восстанавливалось со временем. Как он медленно открывает глаза и смотрит сразу же на меня. Я улыбаюсь и тянусь к его губам, слизывая проступившие капельки крови. Брюнет благодарно целует меня, но когда же мы отрываемся, он смотрит на меня как-то восхищенно. Слегка наивно. Игра взглядов. Сможешь меня переиграть??
Брюнет слегка заерзал и поспешил натянуть на бедра серые боксеры, а за ними и укрыть нас одеялом, но я не даю. Жестом я словно приказываю брату лечь в исходное положение. Он послушно ложиться так же, не спуская глаз. Меня давно заинтересовал незамысловатый рисунок по правую сторону живота, в самом низу. Я снова дотрагиваюсь до черной звезды пальцами.
- Откуда она у тебя?
