– Я не знаю, – пролепетала Гленда. – Я ходила к Тане, пока Джо не вернулся с работы. Но дверь была закрыта, когда я вернулась. Господи, Джо, что здесь происходит?! Давай съедем из этого проклятого места.
– И куда же ты хочешь съехать, крошка? – насмешливо спросил Джо. – Обратно на ферму в Сан-Хоакин?
– Вы знали ваших соседей по этажу, мистера и мисс Спенли-Эвертон? Можете сообщить нам что-то важное?
– Знали? Почти нет, – фыркнул Джо. – Так, иногда здоровались со стариком в ресторане. Иногда видели их на крыше, махали рукой через ограду. Когда мы только въехали в отель, то пытались устроить вечеринку для соседей с коктейлями, но старики на этаже ясно дали понять, что тут подобное не приветствуется. Так что дружеских отношений у нас так и не завязалось. Извините, но я больше не готов отвечать на ваши вопросы. Мне завтра рано вставать на работу, перед Рождеством в салон приходит много клиентов. Хотелось бы выспаться.
– Что известно о супругах Альварес? – спросил я Вэла, когда они ушли в свой номер. – Наверняка ты их проверял после первого убийства.
– Ничего криминального, во всяком случае, серьезного. У Джозефа Альвареса, двадцати пяти лет, несколько приводов в подростковом возрасте, мелкие кражи, угоны, вандализм. Еле закончил среднюю школу, потом работал в автомастерской своего дяди в городке Приусса округа Сан-Хоакин. Там познакомился с Глендой Махоуни, двадцати лет, которая нигде не работала после окончания школы, а ухаживала за больным отцом. После смерти отца полтора года назад они поженились. После чего Гленда вроде бы получила какое-то наследство от дальнего родственника, которое позволило молодоженам переехать в Лос-Анджелес. Гленда всегда мечтала стать актрисой, во время учебы в школе выигрывала несколько конкурсов и бредила сценой, пока болезнь отца не поставила крест на ее планах. Мать умерла еще раньше. Что касается родителей Альвареса, то они скончались много лет назад, парня воспитывали старшие братья и многочисленные мексиканские родственники, большинство из которых были связаны с мелким криминалом. Это мне сообщил по телефону шериф округа Керк, где находится Приусса. Альваресы прибыли в Лос-Анджелес одиннадцать месяцев назад. Оплатили номер в «Гарнете» на год вперед единовременным депозитом. Джо Альварес устроился работать в салон автомобилей, воспользовавшись рекомендацией от своего дяди. Его работодатель говорит, что Джо неплохой механик и разбирается в современных моделях, но как продавец не особенно старается. Частенько опаздывает на работу, «не нацелен на сделку», это его слова. Но он выглядит привлекательно, хотя временами и перегибает с флиртом с богатыми клиентками. Обручальное кольцо на работе он снимает, впрочем, это принято среди сотрудников. Насчет миссис Альварес ничего не известно с момента ее приезда в город. Прав у нее нет, так что нет и штрафов. По поводу ее голливудской карьеры тоже ничего не могу сказать, но горничные в отеле утверждают, что девушка последние месяцы редко покидает отель, в основном выходит в город вечерами с мужем или с друзьями.
Я поделился с Вэлом откровениями миссис Каррузерс относительно частых визитов Гленды Альварес в номер писателя Ховарда Мейкписа.
– Ее супруг сказал, что она провела день до его прихода в номере подруги. Но зачем девушкам торчать в двухкомнатном номере с инвалидом, если Гленда могла запросто пригласить Таню к себе?
– Миссис Джордан не хотела оставлять мужа одного.
– Она все время так и делает. Одурманивает мужа болеутоляющими и уходит веселиться. В первый вечер я именно это и видел. Нет, я думаю, что Таня прикрывает подругу. А та встречается с Мейкписом, пока муж на работе.
– То есть обычная интрижка?
– Ну а чем еще заняться провинциальной девчонке в Лос-Анджелесе без связей и знакомств. Муж пашет на работе, ну а наша маленькая Гленни нашла здорового белобрысого поклонника, который может позволить себе целыми днями торчать дома. Правда, я не понимаю, как это может быть связано с нашим делом.
– А это что? – вдруг спросил Вэл, указывая на дверь напротив номера Альваресов. На дверь покойного Парсонса. – Печати сорваны.
Это я и так прекрасно знал, поэтому попытался изобразить удивление.
– И дверь просто захлопнута, но не закрыта на замок, – сказал Вэл, поворачивая ручку.
Вот это меня по-настоящему удивило. Я прекрасно помнил, что вчерашней ночью, покидая номер вместе с Бонитой, повернул ключ в замке.
– Позовите Шимански, – распорядился лейтенант.
Управляющий снова был явлен под офицерские очи и заявил, что никто не открывал дверь после ухода полицейских. Я подтвердил, что во время моего вчерашнего и утреннего обходов дверь была закрыта на замок. Сегодня вечером я ее не проверял, хотя надо было. Крэддок запросил данные у дневных охранников, с которыми обещали связаться.
