«Ну как? – удивился я. – Параллельно идем. Мне нужно знать, что к чему?… Вот, к примеру, надо мне делиться с указанным Изадором Андреевичем полученной информацией?»
«А он об этом просил?» – насторожился Большой человек.
«Пока нет».
«Тогда работай спокойно».
Похоже, Большой человек остался недоволен.
Я не стал ломать голову – недоволен остался Петр Анатольевич нашей работой или работой Минца? Главное, выяснилось. Что этот Минц действительно дублирует нашу работу. Мне, в общем, наплевать, но среди профессионалов так не делается. А если делается, то не так грубо. Но, в конце концов, это могло быть промахом или наглостью самого Минца. Наверху ведь тоже все качают свои права, каждый тянет одеяло на себя, а Волжский завод – богатое одеяло. Кажется, даже директор что-то почуял: вдруг позвонил – не хотим ли мы перебраться из гостиницы в удобный заводской профилакторий? Это, наверное, инициатива Минца, решил я. Хочет держать нас под прямым контролем. А если быть совсем точным, то это, наверное, реакция Минца на мой звонок Большому человеку. Так что, от предложения я отказался. Вежливо отказался: спасибо, мол, мы очень тронуты, но в городской гостинице нам удобнее.
Директор не настаивал.
Скорее всего, он считал нас мелкой сошкой.
Может, Минц его в этом убедил, нам это было на руку.
За неделю мы хорошо обжились на заводе, перезнакомились со снабженцами, поставщиками, технологами. Всё оказалось примерно так, как я подозревал. Жирный вахтер на входе открыто торговал инструментом и прочими мелочами, подозрительные личности выносили в мешках цветмет, годами не получающие зарплаты рабочие теснились в хрущевках, давно требующих капитального ремонта, зато на зеленом волжском берегу потихоньку росли чистенькие коттеджи с евроотделкой. Получалось, что люди на заводе только числятся, – кормились они со своих огородиков.
Я не собирался искать Минца, но получилось так, что будто он сам на меня вышел.
Однажды раздался звонок:
«Ты еще не уехал?»
«А кто меня торопит?»
«Голос судьбы», – ответил веселый поддатый голос и я сразу подумал, что Большой человек тоже иногда совершает ошибки. Этот Минц точно был его ошибкой. Людей с таким самомнением, да еще склонным к идиотским шуткам, нельзя ставить на контроль, у них контрольки быстро ржавеют.
Звонок повторился.
Валентин был уже готов.
Аппаратура была подключена, он махнул рукой и я взял трубку.
«Ну, чего тебе, мужик?» – изобразил я растерянность.
«Ты „Капитал“ читал?»
«Приходилось…»
Я поддерживал скудоумный разговор минуты три. Потом Валентин подал мне знак. Он не только записал разговор, он даже засек источник звонка. Звонили, как ни странно, снизу, из ресторана.
– Ты не ошибся? – удивился я.
– Обижаешь, – Валентин аккуратно свернул аппаратуру. – Предлагаю прямо сейчас спуститься в ресторан. Заметь, Минц развлекается. Может, он правда накопал чего-то такого, что мы упустили?
Я согласился.
Мы спустились в ресторан.
Город бедный, а посетителей в ресторане было полно. Кое-где они были разбавлены кавказцами, куда без кавказцев?
– Ты Минц? – спросил я курчавого, без приглашения усаживаясь на стул.
– А ты все еще бедный?
Такие у него были шутки. Он никого не боялся. Такой не только по телефону может нахулиганить.
– Бедность не порок, – усмехнулся я. – Но я не бедный. Я телефонист.
– Это такая профессия?
– Скорее, хобби. Я занимаюсь анонимными звонками, а потом беседую с нарушителями. – Я внимательно следил за Минцем и за его напарником, но на их лицах не дрогнул ни один мускул. – Видишь, вышибалу на входе? Он позволяет пользоваться доверенным ему телефоном только за определенную плату.
– Сколько он берет? – Минц прекрасно держался.
– Думаю, немного. Тебе лучше знать. – И спросил: – Чего ты хотел? Зачем звонил в мой номер? Ну, не уехал еще я, что с того? И «Капитал» мне приходилось читать. И ты вовсе не моя судьба. И ты, козел, сиди, где сидишь, – сказал я начавшему было подниматься каратисту, но Минц сам его остановил. – Ты говори, если хочешь что-то сказать.
– Это не я звонил, – засмеялся Минц. Видимо, напарника он и в грош не ставил, плевать, что каратист. – Ну, попросил я Диму узнать, здесь вы или уже уехали, так он ведь пошел самым простым путем – позвонил по телефону. Ты его извини, Семин, он-то «Капитал» не читал, я ему на вид поставлю, – ухмыльнулся Минц. – А нам что делить? Мы с тобой занимаемся серьезными вещами.
Чем дольше я смотрел на Минца, тем меньше он мне нравился.
