А н и с и м. Разбери. Сдается мне, что дремало-дремало в ней это женское, и разом проснулось. А чем кончится — кто знает. Кто бы ни разбудил малого ребенка, ему любой кажется матерью. Обхватит ручонками, прижмется, а потом только поймет — родной или чужой. Или засмеется, или плачем зальется.
С л а в к а. Хорошо, когда женщина вот так, в один миг полюбит.
А н и с и м. Кому?
С л а в к а. Всем. И ей. Особенно ему. Счастье.
А н и с и м. Значит, ему?
С л а в к а. Еще бы!
А н и с и м. Так вот что я тебе скажу. Ни вечером, ни утром Таню из дому не выманивай.
С л а в к а. Дядя Анисим, мне и так с Таней трудно, да ты еще из меня жилы тянешь. Она королевой собирается быть, возможно, станет, а я дизелист с армейской выучкой. Она меня своими во-первых, во-вторых до испарины доводит. Ты-то хоть поддержи, а когда поженимся…
А н и с и м. По твоей легкости тебе надо жену постарше, поздоровее, чтоб при случае за волосное управление могла взяться. И с достатком. А у Татьяны ничего нет. Значит, просто норовишь обмануть девчонку.
С л а в к а. Клянусь, дядя Анисим, слово даю.
А н и с и м. Я тебе без всяких слов и голову отверну и ноги повыдергиваю, если что напакостишь. «Ему счастье!» Ишь ты куда гнешь.
С л а в к а. Не гну. Так само получается. Вообще, конечно, обоюдное дело.
А н и с и м. Женишок! Поменьше бы таких. Бабе должно быть счастье. Уж до того их с нами уравняли, не пойму, как они еще рожать соглашаются, нас в три шеи от себя не гонят. Треплив ты, Славка, дальше некуда.
С л а в к а. Это я-то? Ну, Анисим Романыч, тогда дядю побоку. У меня тоже есть самолюбие.
А н и с и м. Кто рассказывал Васене про медные доски?
С л а в к а. Только не я.
А н и с и м. Кто же, кроме тебя и меня, про это знал?
С л а в к а. А если Таня? Ты куда их спрятал? Могла она их увидеть?
А н и с и м
С л а в к а. Вот, пожалуйста. Таня подсмотрела, с Васеной поделилась, а я доверия лишаюсь.
А н и с и м. Чего во мне смешного? Ну?
С л а в к а. Чудинки в тебе много. Не то ты вперед забежал, не то отстал. Не по времени живешь.
А н и с и м. Это потому, что я в жизни твердости искал и ищу!
С л а в к а. Вот это и смешно. Ищешь! Сторож — должность стариковская. Быть комендантом этого здания — служба той же Васене по плечу. Чего уж тут про какую-то твердость говорить, в сторонке посиживая.
А н и с и м
С л а в к а. Все равно, так проживем, что и через тысячу лет не перестанут удивляться.
А н и с и м. Это какого?
С л а в к а. Узнаешь. Совершу его я. Потому что вижу перспективу, а ты не видишь. Век техники требует от человека изобретательности, энтузиазма и подвигов. В этом отношении мы с Таней одинаковы. А ты только жалуешься на каких-то начальников. Ну когда они мне мешали?
А н и с и м. Не равняй ты себя со мной. Для тебя разницы нет, где напильником да молотком работать. Что на Сахалине, что в Крыму, что здесь. Железо — везде железо. И не очень-то ты в умном начальстве нуждаешься, потому что твою работу в любой день и час начни, в любой кончи. Инструмент в ящик — и катись. А хлеб везде по-разному растет. Ему колыбельку годами готовить надо. Далеко вперед заглядывать и уметь ждать. Это же не просто работа, а творение.
С л а в к а
А н и с и м. Начало всего живого. Я только тут, в своей степи, могу человеком быть, потому что все ее повадки знаю от деда и прадеда. А мне руки отбили. Так буду сторожем, а то и совсем уйду от земли.
С л а в к а. А доски зачем заготовил?
А н и с и м. Я тебе душу свою раскрыл, ты не смей зубы скалить. Ты ради шутки, что ли, брался помогать? Или через меня хотел половчее к Танюшке подъехать?
С л а в к а. Что ты, что ты? Я всерьез. Я тебя уважаю.
Слушай, степь! За миллионы лет первый раз. Не хуже, чем на большом заводе. Красота!
А н и с и м. Обормот! Механик! Останови!
С л а в к а. Действует само.
Пожалуйста! Голова я или нет?
А н и с и м
Т а н я
