– За ним ты, стало быть, и явился. – Она подошла к каминной доске и запустила руку за часы. – И, как я понимаю, твое дитя затесалось среди тиранов и угнетателей?
– Увы, да.
– Я сразу сообразила, увидев герб. Уж не везет, так не везет, верно я говорю?
И она подала ему письмо.
Максим тоже сразу заметил графский герб на задней стороне конверта и поспешно вскрыл его. Внутри он нашел два небольших листка, покрытых аккуратным, хорошо поставленным почерком.
«Если у нее неприятности, то по легкому тону письма этого никак не скажешь», – подумал Максим.
Максим ощутил дикую, всепоглощающую радость.
– Так вот где находится крысиная нора!
– Это дитя помогло тебе? – спросила Бриджет.
– Да. Она была моей единственной надеждой.
– Тогда тебе есть о чем беспокоиться.
– Знаю.
«Раз уж она решила встать на мою сторону, теперь ее ничто не остановит», – подумал Максим.
– Она смелая девушка, – сказал Максим вслух.
Максим откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он так гордился ею и так стыдился себя самого, что готов был заплакать.
Бриджет взяла письмо из его безвольно повисшей руки и начала читать.
– Видать, ей невдомек, что ты ее отец, – сказала она.
– Так и есть.
– Почему же она тогда готова помогать тебе?
– Она верит в справедливость того, что я делаю.
Бриджет только фыркнула в ответ.
– Ладно сказки-то рассказывать. Такие мужчины, как ты, всегда найдут женщину, которая поможет. Мне ли не знать этого, честслово!
Бриджет прочла письмо до конца и заметила:
– У нее почерк школьницы.
– Да.
– Лет-то ей сколько?
– Восемнадцать.
– Уже пора думать своей головой. А за этим Алексом ты и охотишься?
Максим кивнул.
– Кто он?
– Русский князь.
– Тогда заслуживает смерти.
– Он пытается втянуть Россию в войну.
– А ты втягиваешь во все это свою Шарлотту, – заметила Бриджет.
– Вы считаете, что я поступаю плохо?
С несколько раздраженным видом она вернула ему письмо.
– Кто может знать, плохо это или хорошо?
– Такова политика.
– Такова вся наша жизнь.
