Его спутник покончил наконец с чтением и положил газету на сиденье рядом с собой. Максим же решил, что не стоит пока продумывать свой план в деталях, поскольку не произвел разведку на местности, и потому спросил:
– Не мог бы я полистать вашу газету?
Мужчина вздрогнул от удивления. «Англичанин никогда не заговорил бы в поезде с совершенно незнакомым человеком», – понял Максим.
– Сделайте одолжение, – ответил сосед.
Максим уже знал, что это выражение означает согласие, и подобрал газету.
– Спасибо.
Максим просмотрел заголовки. Его попутчик, словно все еще в смущении, отвернулся к окну. Его волосы покрывали лицо на висках, как это было модно у мужчин еще времен детства Максима. Он силился вспомнить английское название… «Бакенбарды» – пришло вдруг нужное слово.
Бакенбарды.
«Хочешь снова занять свою комнату? Я сдала ее другому жильцу, но выставлю его в два счета. Он, видишь ли, носит бакенбарды, а я всегда терпеть не могла мужиков с баками».
И Максим осознал, что именно этот человек стоял за ним в очереди к билетной кассе.
И почувствовал укол страха.
Ему даже пришлось приподнять газету, чтобы скрыть лицо, которое могло выдать овладевшие им эмоции. Усилием воли он заставил себя рассуждать хладнокровно и четко. Значит, Бриджет сказала нечто заставившее полицию насторожиться и разместить в ее доме своего шпика. И они нашли для этого самый простой способ, поселив соглядатая в ту комнату, которую только что освободил Максим. Когда же Максим появился у Бриджет вновь, полицейский заметил его и последовал за ним на вокзал. Стоя в очереди за спиной Максима, он слышал, как тот попросил билет до Уолден-Холла, и купил себе такой же. А потом сел в поезд вместе с ним.
Нет, все было не совсем так. Максим просидел в купе минут десять, дожидаясь отправления. А молодой человек с бакенбардами вскочил в вагон почти в последний момент. Где он был все это время?
Скорее всего звонил по телефону.
Максим вообразил себе разговор, который вел полицейский агент, сидя с телефонной трубкой у уха в кабинете начальника вокзала:
«Анархист вернулся в дом на Корк-стрит, сэр. Я взял его под наблюдение».
«Где вы находитесь?»
«На вокзале Ливерпуль-стрит. Он взял билет до полустанка Уолден-Холл и уже сел в поезд».
«Вы хотите сказать, что он уже уехал?»
«Нет. Отправление ровно… через семь минут».
«На вокзале есть полицейские?»
«Всего пара констеблей».
«Этого слишком мало. Мы имеем дело с очень опасным человеком».
«Я могу задержать отправление, чтобы вы успели прислать сюда подкрепление».
«Ни в коем случае! Наш анархист может насторожиться и сбежать. Нет. Продолжайте следовать за ним…»
«И как они поступят затем?» – задался вопросом Максим. Могут попытаться взять его прямо в поезде по дороге или же будут поджидать в Уолден-Холле.
В любом случае ему необходимо покинуть поезд как можно быстрее.
Но как быть с этим шпиком? Он должен остаться в вагоне, но его надо лишить возможности поднять тревогу, чтобы было время уйти как можно дальше.
«Я мог бы связать его, но нечем, – лихорадочно обдумывал ситуацию он. – Мог бы ударить по голове чем-то тяжелым, но ничего нет под рукой. Я мог бы задушить его, но это потребует много времени и, вероятно, борьбы, и кто-то может случайно нас увидеть. Есть вариант сбросить его с поезда, но в том-то и дело, что ему лучше оставаться в вагоне…»
Машинист снова начал притормаживать. «Они могли устроить засаду уже на следующей остановке. Как жаль, что я не вооружен. Есть ли у этого детектива пистолет? Сомневаюсь. Можно выбить окно и осколком стекла перерезать ему глотку, но на шум точно соберется толпа.
Я должен сойти с поезда!»
По обеим сторонам путей показались домишки. Состав въехал в деревню или небольшой городок. Заскрежетали тормоза, и появилось здание станции. Максим пристально высматривал признаки присутствия полицейских. Но платформа была совершенно пуста. Выпустив со свистом струю пара, локомотив остановился.
Пассажиры вышли из вагонов. Их было всего несколько человек, и они прошли мимо купе Максима: семья с двумя маленькими детьми, дама со шляпной коробкой, высокий мужчина в твидовом костюме.
«Я мог бы ударить полицейского прямо сейчас, но одними кулаками сразу отправить его в нокаут едва ли удастся. Полицейская засада могла ждать на следующей станции. Мне нужно выбраться из поезда немедленно».
Раздался гудок паровоза.
Максим встал.
Детектива это застало врасплох.
– В поезде есть туалет? – спросил Максим.
Сыщик не сразу нашелся.
– Э-э… Туалет? Да, должен быть, – наконец ответил он.
– Спасибо.
«Он еще не решил, верить мне или нет», – понял Максим, вышел из купе в коридор и бросился в конец вагона.
Паровоз запыхтел, и поезд с легким рывком тронулся. Максим оглянулся. Полицейский высунул из купе голову. Максим зашел в туалет, но почти сразу же вышел из него. Агент продолжал наблюдать. Поезд чуть заметно набирал ход. Максим подошел к двери вагона. Агент уже бежал в его сторону.
