Ночь поглотила все вокруг, и Максим снова пересек поле. Было тепло, влажно и очень темно: и луну, и звезды скрыл плотный слой облаков. Идти приходилось медленно, практически вслепую. Он сумел выйти к железнодорожной насыпи и повернул вдоль нее на север.
Поднявшись на пути, он обнаружил, что может двигаться немного быстрее, потому что рельсы давали легкий серебристый отсвет даже во тьме и не предвиделось никаких неожиданных препятствий. Он миновал полустанки, крадучись пересекая платформы. В пустых залах ожидания слышалась возня крыс. Вот уж крыс он не боялся совсем. Бывали времена, когда он убивал их голыми руками и употреблял мясо в пищу. Названия станций были выдавлены прессом на металлических листах, и оказалось, что их можно прочитать на ощупь.
Добравшись до полустанка Уолден-Холл, Максим вспомнил описание, данное Шарлоттой: «Дом находится в трех милях по дороге, ведущей на север». Железнодорожная линия тоже шла дальше какое-то время в северном направлении, чуть отклоняясь к востоку. Поэтому он прошел вдоль нее еще примерно милю, отмеряя дистанцию подсчетом шагов. На тысяча шестисотом он вдруг в кого-то врезался.
Мужчина успел издать лишь короткий вскрик, как Максим уже сдавил ему горло.
В нос ударил резкий запах пива. Максим понял, что это всего лишь местный пьяница, возвращавшийся домой, и ослабил хватку.
– Неужто я тебя ис… испужал? – запинаясь спросил выпивоха.
– Нет, нисколько, – соврал Максим, отпуская его.
– Понимашь, друг… Я только так… Только так найду свою хибару и не заплутаю.
– Тогда давай, двигай дальше.
Мужчина скрылся в темноте, но через минуту снова донесся его голос:
– Ты только того… Не вздумай за… Не вздумай заснуть на рельсах. В пять утра идет товарняк с мо… молоком.
Не услышав ответа, пьянчуга окончательно пропал во тьме.
Максим помотал головой, казня себя за излишнюю пугливость: он ведь мог убить ни в чем не повинного человека. Это никуда не годится, тем более что от облегчения он почувствовал даже нечто вроде приступа слабости.
Пора отыскать дорогу. Он пошел в сторону от насыпи, пересек участок бугристой поверхности и, уперевшись в хлипкую ограду из трех натянутых проволок, на мгновение замер. Что находилось перед ним? Очередное поле? Чей-то задний двор? Или общинная деревенская лужайка? Не бывает темноты гуще, чем облачной ночью в деревне, откуда до ближайшего уличного фонаря миль сто, не меньше. Внезапно где-то рядом послышалось движение, и краем глаза он разглядел смутное белое пятно. Максим быстро присел на корточки и стал шарить рукой по земле, пока ему не попался небольшой камушек, который он и метнул в сторону пятна. Раздалось ржание и удаляющийся топот конских копыт.
Он вслушался. Если поблизости были собаки, ржание лошади наверняка вызовет громкий лай. Но до него не доносилось ни звука.
Сгорбившись, он легко пролез сквозь ограду. За ней оказался обычный загон для скота. Максим без приключений пересек его, лишь однажды чуть не налетев на куст. Он слышал, что рядом бродит еще одна лошадь, но видеть ее не мог.
Так он добрался до противоположной ограды, вылез из загона и ударился плечом о какую-то деревянную постройку. Внутри тут же поднялось заполошное кудахтанье. На этот раз сразу залаяла собака. В окне дома по соседству появился свет. Максим распластался на земле и замер. Свет из окна помог ему понять, что он попал во двор небольшой фермы и переполошил обитателей курятника. Позади дома хозяина виднелась та самая дорога, которую он искал. Куры скоро успокоились, пес издал последний разочарованный рык, и свет в окне погас. Максим смог подняться и выбраться на дорогу.
Это был проселок с пересохшей канавой вдоль обочины. А за ней смутно виднелась темная масса деревьев. Максиму вспомнилось: «По левую сторону от дороги вы увидите лес». Он был почти у цели.
И он двинулся по неровной дороге, постоянно напрягая слух, чтобы заранее услышать чье-либо приближение. Пройдя около мили, он скорее почувствовал, чем разглядел слева от себя стену. Чуть дальше в кирпичной ограде располагались ворота, за которыми был виден свет.
Максим приник к стальным прутьям ворот и вгляделся. Перед ним оказалось что-то вроде длинной подъездной дорожки, в конце которой в смутном сиянии пары фонарей можно было разглядеть портик при входе в огромных размеров дом. У него на глазах перед фасадом прошел человек. Это был явно один из охранников.
«Вот я и перед домом, где притаился князь Орлов, – подумал он. – Интересно, за которым из этих окон его спальня?»
Внезапно Максим услышал звук мотора быстро приближавшегося автомобиля. Он едва успел отбежать шагов на десять и нырнуть в канаву у обочины, как стену осветили фары машины и она остановилась у ворот. Кто-то выбрался из кабины.
До Максима донесся стук. Значит, рядом с воротами находилась сторожка, которую он не заметил в темноте. Открылось окно, и охранник выкрикнул:
– Кто там?
Другой голос отозвался:
– Откройте, полиция! Мы из особого отдела Скотленд-Ярда.
– Минуточку!
