Чтобы верно осветить столь важный исторический факт, мы должны признать первенство в этой войне против париков за шведской королевой Кристиной, одевавшейся в мужское платье и носившей, начиная с 1680 года, свои собственные каштановые волосы, напудренные и беспорядочно взбитые. Впрочем, у нее, кроме того, была, по словам Миссона, «кое-какая растительность на подбородке». Папа римский тоже подорвал уважение к парику, издав в марте 1694 года буллу, в которой запрещалось епископам и священникам носить парики и предписывалось всем служителям церкви отращивать волосы.
Итак, лорд Дэвид не признавал парика и, кроме того, носил сапоги из юфти.
Эти подвиги вызывали всеобщее восхищение. Не было ни одного аристократического клуба, где лорд Дэвид не состоял бы почетным членом, не проходило ни одного состязания боксеров, где бы он не являлся для всех желанным
Он принял участие в сочинении уставов нескольких великосветских клубов; он основал ряд изысканных учреждений, из которых одно, а именно «Леди Гинея», еще существовало в Пелл-Мелле в 1772 году. Там играли на золото. Самой маленькой ставкой был столбик из пятидесяти гиней; в банке никогда не было меньше двадцати тысяч гиней. Подле каждого игрока стоял столик, чтобы ставить на него чай и золоченую деревянную чашку для гиней. Игроки надевали, как лакеи во время чистки ножей, кожаные нарукавники и нагрудники, предохранявшие от порчи их кружевные манжеты и брыжи; широкополые соломенные шляпы, украшенные цветами, защищали их от яркого света и сохраняли завивку. Все они были в масках, чтобы скрыть свое волнение, в особенности когда шла игра в «пятнадцать». Камзолы они надевали наизнанку, так как, говорят, это приносит удачу.
Лорд Дэвид состоял членом Бифштекс-клуба, Шерли-клуба, Сплит-фартинг-клуба, Клуба ворчунов, Клуба скаредов, Клуба запечатанного узла (Силед-Нот), Клуба роялистов и Клуба Мартина Скриблера, основанного Свифтом взамен Клуба Рота, учрежденного Мильтоном.
Несмотря на красивую наружность, он был также членом Клуба безобразных. Этот клуб был посвящен уродству. Там давали обещание драться не из-за красивых женщин, а из-за безобразных мужчин. В зале клуба были развешаны портреты уродливых людей: Терсита, Трибуле, Дунса, Гудибраса, Скаррона; на камине между двумя кривыми – Коклесом[96] и Камоэнсом – стоял Эзоп; Коклес был крив на левый глаз, Камоэнс – на правый; каждый из них был обращен к зрителю невидящим глазом; их слепые профили смотрели друг на друга. В тот день, когда красавица Визар заболела оспой, в Клубе безобразных пили за ее здоровье. Этот клуб процветал еще в начале XIX столетия; он послал Мирабо диплом почетного члена.
С восстановлением на престоле Карла II все республиканские клубы были уничтожены. На улице, прилегавшей к Мурфилдсу, была уничтожена таверна, в которой заседал Клуб телячьей головы, получивший это название потому, что 30 января 1649 года, в день, когда пролилась на эшафоте кровь Карла I, здесь пили красное вино за здоровье Кромвеля из телячьего черепа.
На смену республиканским клубам явились клубы монархические.
Там развлекались вполне благопристойно: например, члены Клуба озорников хватали на улице проходившую мимо мещанку, по возможности не старую и не безобразную, силой затаскивали ее в клуб и заставляли ходить на руках, вверх ногами, причем падавшие на голову юбки закрывали ей лицо. Если она упрямилась, ее слегка подстегивали хлыстом по тем частям тела, которых больше не скрывала одежда. Сама виновата, изволь слушаться. Подвизавшиеся в этом своеобразном манеже назывались «прыгунами».
Был Клуб жарких молний, который назывался также Клубом веселых танцев. Там заставляли негров и белых женщин исполнять танцы перуанских пикантов и тимтиримбасов, в частности пляску мозамалу (дурная девушка); исполнявшая ее танцовщица садится под конец на кучу отрубей и, подымаясь, оставляет на ней отпечаток неудобоназываемой части тела. Там же ставили в лицах картину, о которой говорит стих Лукреция:
Был Клуб адского пламени, в котором занимались богохульством. Члены его соперничали друг с другом в кощунстве. Ад доставался в награду тому, кто превосходил в этом отношении всех остальных.
Был Клуб ударов головой, названный так потому, что его члены наносили горожанам удары головой. Подыскивали грузчика с широкой грудью и глупым лицом. Предлагали ему, а иногда и насильно заставляли выпить кружку портера, за что он должен был подвергнуться четырем ударам в грудь. При этом составлялись пари. Один валлиец по имени Гоганджерд, здоровенный малый, после третьего удара испустил дух. Дело оказалось довольно серьезным. Началось расследование, и комиссия установила: «Умер от разрыва сердца вследствие злоупотребления спиртными напитками». Гоганджерд действительно выпил кружку портера.
