– Ирши на девушек не смотрел лет до двадцати – не то, что Май. Тот ни одну симпатичную служанку мимо не пропускал, весь в отца. И тут к Ильве с архипелага приехала погостить подруга. Фигуристая, синеглазая, золотоволосая – красотка. Ирши и угораздило в неё влюбиться. Девица не дура оказалась, тут же поняла, что мальчику нашему любую блажь простят, вот и начала привечать. Авансы, поцелуи – много ли парню надо, когда кровь кипит? В жены метила, а сама посмеивалась: уродец, целоваться противно, нужно глаза закрывать. Замуж выйду, сразу любовника заведу. Мы все в ужасе были. Сказать Ирши правду – на всю жизнь останется шрам из тех, что не зарастают. Промолчать – совесть замучает. Иршен сам всё узнал, подслушал откровения девицы с Ильвой. Представь, каково ему пришлось. Он с тех пор на девушек своего круга и не смотрел – выискивал любовниц из простых, чтоб за деньги и без иллюзий. Мол, раз я такой страшный, то нечего и надеяться на нормальные отношения.
Нуара грустно улыбнулась.
– Тогда Алвио и нашёл Ирши невесту – Лаису. Выбрал красивую и хорошего рода, а главное – благодарную, что её возвысят. У князя Койу таких племянниц десяток, и все бесприданницы. Увы, Алвио при рождении чуткости не додали, это упрямства он за двоих загрёб. Не учёл, что Ирши подобное вмешательство в его жизнь оскорбит. Бодались они четыре года, а месяц назад князь Койу начал давить – или женись, или расторгай соглашение. Лаисе уже двадцать пять, сколько можно ждать у моря погоды? Сыночек мой сдуру дал слово князя, и видишь, что вышло. Иршен сбежал на войну и чудом вернулся. Теперь Алвио уже из принципа упёрся. Но ничего, попыхтит и угомонится.
Наши посиделки нарушил доктор, юный и крайне стеснительный. Он очень бережно перебинтовал мои запястья и щиколотки, предварительно обработав раны какой-то коричневой вонючей мазью. Все доктора на свете одинаковы: чем гаже лекарство, тем, по их мнению, действеннее. После меня доктор принялся пытать Нуару, принимает ли она положенные лекарства. Когда молодой человек заметил пустую бутылку из-под вина, его самого чуть удар не хватил. Бывшую княгиню он отчитал, словно нерадивую прислугу, в тихом голосе даже металл прорезался.
– Видала? – обиженно заметила Нуара после того, как сердитый доктор нас покинул. – Без дозволения этакого молокососа и бокала вина не выпить! Но специалист он хороший, – тут же смягчилась она. – После его пилюль-таблеточек и давление не скачет, и сплю как молоденькая.
Я осторожно приподняла рукав пижамы и критически осмотрела синяки на плечах: такие никакой накидкой не скроешь. Ещё и на ногах ссадины… Чувствовала я себя прилично, и вполне могла бы встать, только что надеть? Единственная одежда, которая подойдёт, – имперская, однако она слишком тёплая для жаркого климата островов. Нуара перехватила мой тоскливый взгляд.
– Юли, я же специально принесла наряды, чтобы закрыть твои боевые отметины. А волосы надо вымыть и расчесать. Я тебе помогу.
Моё недоумение отразилось на лице. Княгиня исполнит роль служанки? Но Нуара не шутила. Она на самом деле потащила меня в ванную – Всевышний, что это оказалась за ванная! Не знаю, на кой Шену сдался такой бассейн – плавать разве? Нуара велела снять верх пижамы, нагнула меня над бортиком и принялась колдовать над моими волосами. Подозреваю, что средства по уходу она принесла с собой: очень уж нежно-сладкими были ароматы. От Шена так не пахло. Дальше Нуара замотала мою голову пушистым полотенцем и притащила целую стопку белья, глянув на которое, я нервно сглотнула.
– А что?! – шутливо возмутилась княгиня, приложив к себе две кружевных розочки на тонюсеньких бретельках, очевидно, изображающие лифчик. – Юность у женщины всего одна, моя дорогая! В моём возрасте ты начнёшь жалеть, что упустила время и не подчёркивала привлекательность тела. Это, между прочим, комплект. Здесь и трусики имеются.
«Трусики» заставили меня закашляться и жалобно воззриться на княгиню. Если Шен увидит на мне эти розочки, боюсь, останется только сбежать и запереться в той же ванной. И вряд ли его смутят синяки, которые, благодаря чудодейственной гадости юного доктора, вместо того чтобы наливаться синевой, на глазах тускнели.
– Надевай! – скомандовала Нуара. – Второй комплект откровеннее.
Беглый взгляд на второй комплект заставил меня влезть в первый за секунду, пока бодрая бабушка не передумала. Вдруг у неё ещё и третий заготовлен?!
– Теперь платье, – она протянула мне свёрток нежно-голубого цвета.
Тончайшая ткань на ощупь была мягкой, словно лепестки цветов. Воздушная длинная юбка скрыла ссадины на ногах, свободно спадающие рукава прикрыли забинтованные запястья, а широкий пояс подчеркнул талию. От малейшего движения складки платья переливались радужным муаром.
– Шёлк с Пайю, – довольно пояснила Нуара. – Только там умеют ткать его так, что никаких дополнительных украшений не нужно – ткань сама по себе является украшением. Но для невесты князя Сайо мастера расстарались: видишь, по вороту вышивка?
