Здесь сильнее, чем в комнатах Шена, чувствовался островной стиль. Преобладала изысканная нежно-голубая гамма, поражало обилие воздушных драпировок. Самым тёмным пятном в этом царстве света оказались мои волосы: на них и воззрилась лоу Миала. Она полулежала на низкой кушетке, рядом на столике возвышалась ваза с фруктами, нарезанными столь искусно, что есть их казалось святотатством. У княгини было опухшее лицо и покрасневшие глаза – не такие яркие, как у сына, словно насыщенный цвет слегка разбавили.
– Матушка, я давно жду вас, – Миала поспешила выпрямиться. – Только зачем вы привели с собой имперку? Мне сказали, она сильно пострадала, чуть ли не изувечена.
Она говорила на певучем островном диалекте, причём заметно растягивала гласные.
– Да, бедной девочке досталось, – тоже на островном ответила Нуара, приподняла рукав моего платья и показала бинты на запястьях. – Но она молодец, боец. Напомнила мне меня в юности.
Миала жестом велела придвинуть кресло – одно, для бывшей княгини. Уголок рта Нуары еле заметно дёрнулся.
– Юли, милая, садись, – громко обратилась она ко мне на кергарском.
Я колебалась, но сухая и не по возрасту сильная рука буквально вдавила меня в кресло. Миала покраснела. Догадливая девушка-аристократка немедленно придвинула второе кресло, и только тогда Нуара соизволила опуститься – грациозно и невесомо, словно лепесток цветка на водную гладь.
– Миа, ты пыталась оскорбить меня или нашу гостью? – уже тише и на диалекте продолжила Нуара.
– Это всего лишь любовница, – запротестовала княгиня. – К тому же имперка!
– Любовница, Миа, происходит от слова «любовь», – нравоучительно произнесла Нуара. – Впрочем, ты никогда не видела дальше собственного носа. И, насколько я понимаю, ты единственная не поинтересовалась, кого Ирши привёз с материка.
– Алвио сказал, это очередная блажь, – Миала покосилась на меня. – Ирши хочет ему досадить.
– Алвио всегда был упрямым дураком, – «обласкала» сына Нуара. – Знакомься, Миа, – льена Юлика Дигиш. Надеюсь, ты в курсе, что именно она купила Иршена на рынке, выходила его и привезла на архипелаг? Или это тоже прошло мимо твоего внимания?
– Матушка! – Миала прижала к груди полные белые руки, мягкие даже на вид. – Чем я вызвала ваше недовольство? Вы так суровы со мной!
Она бросила сердитый взгляд в мою сторону, за что-то зацепилась, начала пристально рассматривать платье, затем недоумённо спросила у Нуары:
– Это ведь шёлк из Пайю?
– Это мой подарок той, кого выбрал мой внук, – Нуара удовлетворённо откинулась на спинку кресла. – Кстати, Миа, Ирши всерьёз задумывается уйти из дома. Любой остров будет рад заполучить водника с его способностями.
– Нет! – княгиня вышла из состояния расслабленности. – Нет, Ирши не поступит так со мной… с нами! Он только что вернулся! С чего вы это взяли, матушка?
– Разговаривала с ним этим утром, когда помогала доктору обрабатывать раны Юлики. Твоя невестка поручила убийство живодёрам, которые не церемонились с девочкой. Думаешь, после такого Ирши захочет жить с Ильвой под одной крышей? Или с кем-то ещё, кто не принимает его выбор?
Миала напряглась. Любящая мать боролась в ней с княгиней. Наконец она приняла решение:
– Будьте так любезны, матушка, передайте льене Юлике, что я рада видеть её в своём доме. Я ужасно говорю по-имперски.
– Княгиня Миала рада тебя видеть, – «перевела» на имперский Нуара и ухмыльнулась. – Отвечать не обязательно, но ты можешь поклониться.
Именно так я и поступила: поднялась и склонилась перед Миалой. Княгиня поманила меня рукой, предлагая место рядом с собой на кушетке. Когда я села, она принялась изучать моё лицо. В свою очередь я из-под ресниц разглядывала Миалу. Шен ничем не напоминал мать, состоящую из сплошных округлостей: покатые плечи, пышная грудь, пухлый подбородок, сочные губы, ровные дуги бровей. Полнота княгиню не портила, напротив, придавала ей значимости.
– Если бы не этот ужасный нос, она могла бы быть очень интересной, – вынесла вердикт Миала. – Зато какие чудесные волосы! Я подарю ей заколки с топазами, они подойдут к её глазам. Переведите ей, пожалуйста, матушка.
– Юли, княгиня хочет подарить тебе топазы, которые достойны даже императора, – поторопилась предупредить мой гнев Нуара.
Чтобы не вспылить, мне пришлось глубоко вздохнуть. Следующим шагом следовало выдавить из себя любезную улыбку.
Я не успела: послышался шум и в зал вошёл князь Сайо собственной персоной.
За Алвио следовали оба сына.
– И ты здесь, матушка! – князь склонился перед Нуарой, после чего сердечно её обнял. – Очень хорошо. Четверть часа назад с Яроу доставили официальное послание Кергара. К нам плывут послы императора.
Я вся превратилась в слух. Наконец-то!
– Мы надеемся, что это не провокация, – добавил Майро. – Посольство возглавляет Толиáн Леги́р, глава Второй службы Кергара. Мы встречались в столице, он произвёл на меня благоприятное впечатление. Но, на всякий случай, будет лучше, если вы – мама, Ильва и бабушка – на время покинете остров.
