Ильва не видела его смеющихся глаз, но в спину нам полетело выражение, которое я перевела как «сплелись две мурены». Местный фольклор, надо запомнить. Дамы в общей гостиной оживлённо беседовали и замолчали, едва мы вошли. Перемывали мне косточки, не иначе. Они поспешили приподняться с обитой шёлком кушетки и поклониться, наперебой желая нам с Шеном всех благ. Нел, казалось, не сдвинулся с места – так и стоял у арочного окна в коридоре. С ним явно происходило что-то глубоко личное. К своему стыду, я поняла, что ничего о нём не знаю – всё то время, что мы проводили вместе, мы говорили только о Шене. А ведь у Нела наверняка была семья, друзья, жена или любимая девушка. Такой симпатичный парень просто не мог быть одинок.
– Лоу, ваш отец не может до вас дозвониться.
– Потому что я специально выключил звук, – Шен вынул из кармана вифон, и тёмные брови поползли вверх. – Двадцать три пропущенных звонка! Или во дворце пожар, или отца подменили. Юли, у тебя есть выбор: вернуться с Нелом в покои или пойти со мной.
Я не колебалась: в ушах ещё звучала фраза о том, что я слишком часто остаюсь наедине с телохранителем.
– Если можно, я с тобой.
– Нужно, – Шен притянул меня и страстно поцеловал. – Когда ты рядом, я, как это ни странно, становлюсь спокойнее и решительнее. Наверное, действуют твои упрёки в том, что я избалованный капризный мальчишка. Хочется доказать тебе и себе заодно, что взрослый и рассудительный.
«Он меняется, – подумала я с горечью. – Раскрывается полностью, учится управлять ситуацией. Любовь родных его не испортила, просто замедлила взросление. Умный, сильный, мужественный, Иршен Соайро ещё покажет свои лучшие качества. Только меня уже не будет рядом».
В покои князя вёл отдельный лифт. Его охраняли бдительнее, чем другие: перед раздвижными дверцами стояли плечистые молодые люди с такими же короткими стрижками, как у Нела.
– Во дворце совсем нет лестниц? – спросила я.
– Есть одна винтовая, но ею не пользуются. Сделали на всякий случай – вдруг всё энергоснабжение разом откажет. Хотя у каждого лифта собственный генератор… Ты ещё и архитектурой интересуешься, моя Юли? Или по привычке составляешь план побега?
– Никогда не знаешь, какая информация пригодится. Покажешь мне потом дворец?
– При условии, что отец не велит мне убираться вон сразу после разговора.
В последнем я сомневалась. Если бы князь хотел разругаться с сыном, не стал бы так настойчиво названивать. Восьмой ярус меня поразил: крыша над дворцом была прозрачной, сквозь огромные окна лились потоки света. Разница между оживлением здесь и сонным покоем нижних ярусов бросалась в глаза. Тут находилось множество островитян – и подтянутые молодые люди в деловых костюмах, и юные водники с длинными косами, и аристократы в летах, сохранившие стройные фигуры. Серебро волос и тех, и других не позволяло разобрать, где цвет, а где седина. Шен невозмутимо встречал любопытные взгляды и крепко держал меня за руку. С ним здоровались, раскланивались, поздравляли с возвращением домой, какой-то очень пожилой льен с морщинистым лицом заключил в объятия.
– Друзья, советники и помощники отца, – пояснил Шен мне на ухо. – Молодые водники – те, кого пришлось срочно призвать на службу. После заключения мира они вернутся к своим делам.
– Я ни у кого не вижу оружия, – тихо ответила я.
– У нас его и нет, Юли. Самое грозное оружие островов – китобойный гарпун, но китов не истребляют уже третий век.
– Ты хочешь сказать…
Резко затормозила. Первая стычка Кергара с Сайо – мы что, напали на безоружных людей?!
– Юли, идём, – одними губами сказал Шен. – Не время и не место.
Глубоко вздохнула и пошла рядом. В шаге от нас следовал Нел. В голове крутилась мысль: почему дядя утаил от меня такую информацию? Понятно, что её скрыли от Кергара, но мне-то он мог бы доверить?! Империя ради военной кампании распечатала склады с оружием, мы обстреливали Сайо – а они просто защищались?! Чтобы не озвереть, я вспомнила потопленные островитянами корабли. Три с лишним тысячи погибших кергарцев. Война одинаково жестока, она никого не щадит. Только почему за ошибки правителей должны расплачиваться невиновные?!
Приёмная князя Сайо выглядела прямо как моё управление в разгар рабочего дня: толпа народу носилась туда-сюда, аж два секретаря разбирались с посетителями, на диванчиках вдоль стены терпеливо ожидали жаждущие приёма. Часы на стене показывали пятый час вечера. Шена обстановка не смутила: он уверенно пересёк комнату, и я вместе с ним. Охранник услужливо распахнул перед нами створки массивной двери, и мы прошли в кабинет. Князь в этот миг беседовал с моложавым представительным мужчиной, но при виде нас вежливо прервал своего собеседника.
– Льен Виáно, продолжим позже. Я должен переговорить с сыном.
Отрадно было видеть, что Алвио тоже не всегда ведёт себя как тиран и самодур. Мужчина поклонился князю, подмигнул Шену и вышел, старательно закрыв за собой дверь.
– Зачем я тебе так срочно потребовался, отец? – с лёгким вызовом спросил Шен.
