– И повторю. Только боюсь, что и я всего лишь цифра в твоих расчётах. Некий учтённый фактор. Ты так хорошо притворяешься, что неизвестно – когда ты настоящая? Когда отдаёшься мне и соглашаешься провести со мной жизнь, или когда снисходительно рассуждаешь о проблемах Бергана, словно он тебе не чужой?
Я хохотнула. Затем ещё и ещё, пока не зашлась в приступе нервного смеха. Все черти в Бездне, за что вы наказали меня человеком, который интуитивно чувствует правду?!
– Юли! – Шен встряхнул меня. Не помогло. – Юли, прекрати!
Смех перешёл в слёзы. Я обвила его руками и прижалась к груди. Ты мой неучтённый фактор, Шен. Моя ошибка в расчётах.
– Юли, не надо, не плачь… Не пугай меня, пожалуйста. Я уже привык, что ты никогда не теряешь голову. Это я несдержан и вспыльчив, а тебе волей-неволей надо быть хладнокровной за двоих.
– Ты на меня плохо влияешь, – я вытерла слёзы ладонью. – С двенадцати лет не плакала – а с тобой каждый день реву.
– Значит, мне придётся стать сильным, – Шен нежно коснулся губами моего виска. – Всё, успокойся. Никакая политика нас не рассорит.
От его слов стало ещё больнее. Но я уже справилась с непозволительной слабостью. Мягко отстранилась, прошла в ванную, умылась ледяной водой. Нуара что-то сделала с моими волосами, отчего они приобрели объём и блестели не хуже шёлка. Затем сходила в разгромленную комнату фавориток и забрала свою косметику. Со шкатулкой Нуа никакого сравнения, однако мне сейчас достаточно туши и подводки. Шен терпеливо ждал. Визор он не выключил и время от времени поглядывал на экран.
– О мире говорят, как о чём-то решённом, хотя посольство – это ещё не подписанный договор, – бросил он задумчиво.
– Если бы Берган сомневался, то не стал бы выступать публично, – я нажала на полоску, и изображение исчезло. – Давай забудем об этом хотя бы до завтра.
– Я только за, – Шен улыбнулся. – Ты отлично выглядишь, Юли. И синяки почти прошли. Идём.
В коридоре к нам сразу присоединился Нел – не иначе ждал где-то поблизости. Надёжная верная тень. Он поклонился мне с нечитаемым лицом.
– Шен, а где твой второй телохранитель?
– Арш обычно ждёт вызова на первом ярусе, там у него своя комната. Он сопровождает меня за пределами дворца.
– Один ты никуда не ходишь?
– На войну лоу уже сходил один, – очень тихо и в сторону произнёс Нел на островном.
Шен бросил на него сердитый взгляд, взял меня за руку и повёл к лифту.
– Сколько во дворце всего ярусов? – спросила я, чтобы переменить тему.
– Восемь. На верхнем – покои отца, на седьмом – членов семьи, шестой – гостевые комнаты, пятый – парадная и малая столовые, приёмные и бальные залы.
– А где живёт Лаиса?
Голубые глаза широко распахнулись, по губам пробежала довольная улыбка.
– Неужели я дождался твоей ревности?
– Вот ещё, – усмехнулась я. – Ревнуют только неуверенные в себе люди.
– Ну не скажи, – Шен притянул меня и зашептал на ухо, чтобы Нел не слышал: – Я не прибил того типа на «Альбане» лишь потому, что мы сошли в Бару. Хотя в себе я очень даже уверен.
Нел забежал вперёд и вызвал лифт. Я заметила, что телохранитель избегал смотреть на нас с Шеном, всё время отводил взгляд.
– Ты не ответил: Лаису поселили в гостевых комнатах или на ярусе семьи?
– В гостевых, – Шен на секунду нахмурился. – То есть, ты так тонко намекаешь, что отец уже давно определился?
– Думаю, после визита к Ильве тебе всё же сто́ит встретиться с ним и поговорить.
– Непременно.
Седьмой, семейный ярус был мне отчасти знаком: на половину княгини меня вчера водила Нуара. Сегодня мы направились в противоположную от лифта сторону. Здесь властвовала сине-бежевая гамма, более строгая и сдержанная, но роскошь по-прежнему поражала. У дверей с неизменными неподвижными охранниками Нел отстал. Я оглянулась. Телохранитель отошёл к окну и застыл таким же изваянием.
– Нел, вы идёте?
– Он подождёт нас тут, – вместо телохранителя ответил Шен.
В покоях наследника Сайо было свежо, вовсю работали климатические установки. Очевидно, Майро предпочитал прохладу. Здесь тоже дежурили аристократки, но не юные девушки, а две статные почтенные дамы. Я вспомнила о любвеобильности старшего сына князя и оценила предусмотрительность его жены. Дамы низко поклонились, одна из них удалилась предупредить Ильву о визите, другая вежливо осведомилась у Шена о состоянии моего здоровья. Мне очень понравилась её причёска: толстая серебряная коса была уложена кольцами на затылке и скреплена изящными заколками.
– Благодарю, льена Руáна, Юлика чувствует себя намного лучше.
– Я рада это слышать, – дама осторожно покосилась на меня. – Вы уже выбрали ей свиту, лоу Иршен? Осмелюсь напомнить вам, что моя старшая дочь в совершенстве владеет имперским.
– Буду иметь это в виду, льена Руана.
– И ещё… Позволите дать совет? Лоу Юлике необходимы уроки языка. Не может же она вечно общаться со слугами через вашего воира, тем более проводить столько времени в его обществе. Простите, лоу Иршен, я вынуждена это сказать! Уже вовсю болтают, что Риото к ней неровно дышит.
