И тут же ему стало понятно, что девушка нарывается на скандал и пока просто не знает, как его устроить. Но... Это было всего лишь делом времени и техники – каждый человек профессионал в чем-то. Плохо было то, что ей всегда, по возможности, на такие «мероприятия» нужны были «зрители» – соседи, прохожие, друзья... А сегодня здесь для нее был просто рай! Она даже обернулась по сторонам, обозревая свою будущую «аудиторию», и совершенно подсознательно плотоядно улыбнулась.
– Сегодня праздник, Лина. Люди угощают. Мы работаем.
– Ага! – Она тут же сорвалась на крик. – Типа, когда я пиздячу, шо кобыла, и ношу этим чувырлам пожрать, то я не работаю! Это только ты, бля, мудильник трехфазный, тут работаешь, со своим припиздеканым дружком!
– Лина! – Хорошее настроение улетучилось в одну секунду. – Че те неймется поперек ночи? Тебя сейчас кто трогал? У людей праздник. Не порть вечер, пожалуйста!
– А може, я тоже хочу поприкалываться и попраздновать, а?!
– Ну так, а кто ж против? Сядь за столик. Пообщайся с людьми.
– Де ты тут людей видел?! – Она распалялась с каждой секундой все сильнее и сильнее, а Андрей не мог понять причины этой злости. – Здесь шо, есть с кем пить?! Все нетанийское говно в одном месте всплыло!
– Э-э! Подруга! Прикрой фонтан!
Она все же добилась своего, и ее услышали. Те, кому совсем не следовало бы ее слышать, – в самом дальнем VIP-углу бара, за тремя сдвинутыми «в кучу» столиками собрался весь «цвет» «одесской» израильской братвы.
– А ты его включал, фуфломет?! Сосешь водку, ну и соси дальше!
Как это всегда бывает в ресторанах, когда народ пьет за свои деньги и чувствует себя, по крайней мере, королем своего стола, если не всего зала или города, ему становится обидно, когда его оскорбляют в его «лучших чувствах». Особенно когда это «отмороженные» на всю голову братки. А еще особеннее для них, когда это делает какая-то «мартышка с подносом»!
Из-за стола медленно поднялся «паренек» и, опершись кулаками о стол, уставился тяжелым взглядом на Лину:
– Ты че, коза, гонишь? Ты кому эту парашу базлаешь? Да ты щас сама у всех отсосешь по кругу, «шкура»!!! Фуфло голимое!!!
– Сам ты фуфел дешевый! – Она уже не могла остановиться и совершенно не понимала, куда могут завести ее собственные слова. – Не тебе мне указывать, че сосать! Лучше сходи в парашу и вздрочни по-быстрому, чтобы фуй в пупок не давил!
Она сказала и... тут же, в тот же миг, поняла, что сказала зря... И испугалась собственного языка, но... Слово сказанное – не воробей...
Парень, который «обиделся» на Лину, всегда, вот уже несколько лет, был самым «неудобным» клиентом для любого ресторана. БТР... Да! Его именно так и называли – БТР... «Зацепивший» не понаслышке «первую» Чечню, от рядового до прапорщика(!) в спецназе ВДВ – орден Мужества вам не игрушка, и за «просто так» его никому не давали, – на «гражданке» ушел в братки. И в Нетанию приехал из Москвы в статусе «смотрящего». И вся «элита» воровского бомонда в этом городе ходила под ним. Совершенно непредсказуемый, с напрочь «отъехавшей крышей» после тяжелой контузии, он уже успел сделать «десантирование» на зону «за нанесение тяжких телесных повреждений» пятерым(!) пострадавшим, и освободиться, непонятно как, на половине срока и эмигрировать в Израиль. Витек, как называли его «лица, приближенные к императору», был той миной замедленного действия, которая могла взорваться в любой момент.
БТР сунул руки в карманы и посмотрел на девушку, словно прицелился.
– Сидеть! – рявкнул Андрей во весь голос.
– Чего?! – БТР уже вошел в «штопор». – Кому сидеть?
– Сидеть, «кусок»!!! Я сказал!
– А кто ты здесь такой, капитан?
Сталкивались они однажды... Лбами «на встречных курсах». И помяли друг друга знатно. А потом пили «мировую», рассказывая о себе и о былой службе. После этого БТР не давал «быковать» своим «торпедам» в ресторанах, которые охранял Андрей, – они договорились.
Но сегодня... Сегодня задели его самого.
– Ты знаешь, прапор!
– А эта тупая овца тебе кто? – Он тыкнул указательным пальцем в сторону девушки, у которой от страха глаза стали похожи на два блюдца.
Вот именно сейчас и наступил тот «момент истины», который мог решить многие судьбы. Сейчас от слова Филина зависела, по крайней мере, судьба Лины.
– Это моя жена.
– О как!
От этого его заявления опешили все, кто знал Андрея и всю его предыдущую историю с Линой.
– А оно тебе надо? – БТР сел на свой стул и уставился на Андрея пронзительным взглядом.
– Мне не надо сегодня цирк в «Версале», «кусок»!
– А потом? – БТР налил в рюмку коньяк и посмотрел на Андрея еще раз. – Ты за нее вписался, братишка. Ну, сегодня она, скажем, проскочила – просто потому, что ты меня очень сильно удивил. А завтра?
– Я свое слово сказал!
– Тогда отправь свою «жену», бля, домой! Прямо сейчас! А то меня так и тянет показать ей, кто она такая есть на самом деле! «Конину» будешь? – Он протянул Андрею вторую наполненную рюмку. – За наших тупых коз!
– Сам ты тупой к-х-х...
Дальше Лина ничего не успела сказать.
