– Нет, Скорпион, возражений нет! У меня еще есть «резервы» – тот же Джамп, Стингер, Водяной или Флэш. А о том, что предстоит этой группе... Я и сам рекомендовал бы именно этих людей!.. Это самые проверенные и опытные разведчики-диверсанты.
– Водяного я тоже забираю, – безобидно улыбнулся Андрей. – Просто не хотел тебя огорчать сразу.
– Но Водяной не снайпер, – подал голос Жерарди.
– Так точно, мон женераль! Но!.. Создается мобильная снайперская группа для проведения острых операций без прикрытия и тылов. Я так понимаю задачу?
Ответом был кивок головы.
– Следовательно, передвижения по дорогам и тропинкам нам заказаны. Наши дороги будут проходить по джунглям. В стране, в которой уже много лет идет негласная гражданская война... Мне, да и не только мне, а всей группе нужен такой проводник, который чувствует себя в экваториальных джунглях, как у себя дома. Да к тому же он и сапер, каких еще поискать! А при случае может взять и «оптику» в руки, и пулемет с одинаковым успехом. Да и с радиостанцией справится не хуже любого штатного радиста! Это профессионал высшей пробы, и он мне нужен. А потом... Пусть это будет выглядеть смешно, но... У меня в легионе есть два талисмана, которые всегда приносят удачу, когда они со мной: Збигнев Бжиевски и Павел Городецкий. Вайпер и Водяной.
– Стар? – Полковник вопросительно посмотрел на лейтенанта.
– Он все равно ушел бы с Кондором, если бы узнал, для чего собрана эта группа, – пожал плечами Павел. – Я-то его знаю! Нагородил бы гору какой-нибудь чуши, что-то придумал бы, но так или иначе оказался бы в группе Кондора. Это «запланированная потеря» взвода, и капитан меня ничуть не удивил.
– Добро. Значит, так! По персональному составу решили. А что касается «работы»...
– Разберемся, Франтишек. По ходу дела.
...Совещание закончилось в 21.00, а уже на 23.00 был назначен вылет четырех «Геркулесов» в соседнюю с Кот-д’Ивуаром Гану.
Но Андрей не торопился покидать кабинет Жерарди.
– Ты хотел мне что-то сказать, Ален?
– Да, мон женераль.
– Слушаю тебя. – Генерал прошелся по кабинету, размял затекшие ноги и опять уселся в кресло у стены. – И постараюсь ответить.
– Я понимаю, что не имею права задавать такие вопросы, и заранее прошу меня простить, Паук. Но это сугубо личные, как это ни странно, и касаются только меня.
– Это связано с рождением твоего сына, Ален?
– Да, мон женераль.
– Как жаль, что он не мой внук. – Жерарди помолчал какое-то время, видимо, вспоминая Мари. – Когда он должен родиться?
– Предположительно – 18—20 октября...
Генерал внимательно посмотрел на Андрея и произнес громким шепотом:
– Даю тебе слово, что к этому времени ты вернешься! «Единорог» – операция спецназа и не рассчитана на долгое время, а миротворцами станут другие, те, которых вы там встретите.
– Я понял, мон женераль! – Андрей тоже перешел на шепот. – Спасибо!
– Эх! Жаль! – Паук еще раз пристально взглянул на своего любимца и проговорил: – Иди, капитан, готовь своих профессионалов. Эта прогулка будет для группы совсем не легкой.
...Всю дорогу до Африки Андрей мучился вопросом: что же все-таки было жаль генералу?.. Были только догадки и сомнения. Он так ничего и не решил для себя...
«...Нет! Это не Рио-де-Жанейро!.. Это гораздо хуже!..»
...Начиная с 20 сентября те две роты «камикадзе», которые должны были высадиться на вертолетах в Ямусукро и его окрестности, томились в ожидании неизвестности в Гане. В небольшом городишке Кумаси, от которого и расстояния-то до места высадки было не так уж и много – километров двести пятьдесят или чуть-чуть побольше – час с небольшим лету. Две роты десантников, две сотни отборных бойцов, находились в напряженном ожидании команды «Фас!»...
И только тридцать человек из них всех были относительно спокойны.
Разведвзвод под командованием лейтенанта Стара...
И уж совсем сфинксами казалась всем остальным десантникам странная группа из одиннадцати бойцов, состоявшая из легионеров в чине не ниже сержанта, которыми командовал странный угрюмый капитан.
Офицеры этих двух рот десантников, довольно горячо обсуждавшие между собой все последние события и гадавшие, когда же наконец им дадут возможность проявить себя «на настоящей работе», начали сторониться этого странного капитана ровно через три часа после прибытия в Гану. После того как (как это и было предписано Уставом) все оружие легионеров было отдано на хранение в импровизированные «оружейные комнаты»... Оказалось, что только эти «одиннадцать самураев» продолжали носить все свое оружие с собой. И в столовую, и в туалет... К ним присмотрелись и поняли или догадались, что эти парни какие-то не совсем обычные «десантники» – шесть пулеметов и семь современных снайперских винтовок на отделение!
