Нужно было начинать поиски мотоциклиста.
«Трудное это дело, — рассуждал про себя начальник ОБХСС. — У нас в районе больше двухсот мотоциклов…»
Сразу же после ухода Серегина Лопаев обратился к дежурному администратору гостиницы с вопросом:
— Когда же я дождусь обещанного мне отдельного номера?
Дежурная заволновалась:
— Вы уж не серчайте, все время занят номер. То из райисполкома заказывали, а сегодня из Северска звонили. Начальство едет.
Лопаев 'нахмурился.
— Уже второй день пустует отдельный номер напротив комнаты, где я сейчас живу.
— Так это же люкс. С гостиной и ванной. Семьдесят пять рублей в сутки.
— Дайте мне от него ключ. Вот вам за неделю вперед. А вот ключ от комнаты, где я жил. Можете селить там разных пьяниц.-
— Почему же пьяниц? У нас народ спокойный. А если выпьет кто, так ведь в отпуск едут. С кем. не бывает?!
Но Лопаев уже не слушал. Он перенес чемодан, пальто и несколько маленьких пакетов в люкс и запер за собой дверь.
«Оберегает себя от пострронних глаз или что-то заметил?»— ломал голову Ильичев.
Переселение Лопаева в отдельный номер явно усложняло действия опергруппы. В том, что инженер является главным связующим звеном между шайкой Огаркина и Полевого, теперь уже никто не сомневался. Значит, золото доставят ему. «Кто: Серегин или Ковач? — размышлял Ильичев, — а может, появится новый человек?..»
А Лопаеву в эту ночь не спалось. Он несколько раз выходил на крыльцо гостиницы и подолгу курил, поглядывая на мерцающие вдали огоньки поселка.
Выйдя на улицу в четвертый или пятый раз, инженер не стал закуривать, а быстро пересек открытую площадку — перед гостиницей, юркнул в кусты и торопливо зашагал к центральной трассе. Затем он остановился, прислушался и растворился в темноте.
Через час инженер возвратился. Когда он вошел в полосу света, отбрасываемую в темноту открытой дверью, Доронову показалось, что карманы лопаевского пиджака сильно оттянуты чем-то тяжелым…
— Ваши выводы? — обратился к оперативным работникам Ильичев после того, как Доронов рассказал о ночных наблюдениях.
— Лопаев получил золото, — уверенно заявил Романов. — Если не все, то, во всяком случае, часть золота уже у него. Ночью нa прогулку по бездорожью не ходят…
— Лопаев готовится к отбытию, — подтвердил Доронов. — Он встретился с Ковачем и Серегиным. Серегин по его поручению ездил куда-то с неизвестным мотоциклистом… Я тоже уверен, что сегодня ночью Лопаев взял из тайника золото.
Такого же мнения были и другие.
— Нужно решать, когда брать Лопаева: сейчас с тем, что у него есть, или подождать, когда он будет садиться, в самолет. Прошу высказать свои соображения, — предложил Ильичев.
— Нужно ждать! — заявил Романов. — Возьмем сразу всех. И золото…,
— Возражения есть? — перебил Ильичев. — Стало быть, ждем, товарищи!
Последние дни Ковач явно нервничал. Он дважды уже прибегал в общежитие Павла, но повидать молодого старателя не удавалось: Павел находился на полигоне.
— Срочно привезти парня, — распорядился Ильичев, узнав об этом. — Нужно узнать, зачем он понадобился Ковачу.
К вечеру Павел был уже в поселке и, будто невзначай, заглянул в столовую.
Увидев его, Ковач оживился и знаками показал, что ждет его у себя.
Павел неторопливо поужинал, перебросился шуткой со знакомыми ребятами, вышел на улицу и нырнул в калитку.
Дверь ему открыл сам Ковач.
— Скорее, паря, — потянул о-н Алешкина в свою каморку. — Слушай, товар твой нужен… Сегодня, сейчас же, а то опоздаешь…
Павел сделал вид, чтчо Не понимает.
— Да что ты, обалдел? — рассердился Ковач. — Хочешь продать, тащи товар мне.
— В тайге у меня припрятано, далеко…
— Слетай живо! Больше такого случая не будет, ч’плывет твое счастье.
Павел задумался.
— Ладно, согласен. Только ночью идти по тайге как?
— Дойдешь, не новичок! Ради такого на коленях доползешь.
— Попытаю, коль так. Но верно говоришь-то?
— Ну… как тебе? Божиться, что ли? Беги, неси товар. Только до рассвета успевай. Успеешь, — постучи в окно и жди, пока выйду. Ох, повезло же тебе, паря! Деньги получишь и езжай себе куда глаза глядят.
— А ты?
— Я? Что я… Золота у меня нет. Что с чужого стола перепадет, тому и рад. Останусь я… Ну, прощай, паря. Спеши, не оглядывайся!
Он проводил Алешкина до калитки и долго смотрел ему вслед, на узенькую тропку, которая через перевал уходила в тайгу…
К вечеру поднялся ветер. Он разогнал облака и обнажил край неба, накаленный жарким закатом. Устраиваясь поудобнее в густом кустарнике неподалеку от дома кирпичного мастера, Романов вспомнил о сегодняшнем разговоре с Ильичевым.
«Прав, ну конечно же прав Дмитрий, — рассуждал он. — Появление нового действующего лица в этом многоактном спектакле — явление не случайное. Мотоциклист даст о себе знать еще…»
Было совсем тихо, только под самым боком бормотал
о чем-то своем ручеек, да на другом конце поселка злобно переругивались — собаки. Как и накануне, в окнах се- регинского дома горел свет, но Серегин не появлялся.
«Неужели не ждет?» — подумал Романов…
