Я села на софу и задумалась. Я не понимала, зачем эти англичане напридумали себе столько негласных законов, загнали себя в рамки и обобщили все ненужные «правила» с нужными «приличиями», назвав всё «правилами приличия».
С этими мыслями я вытащила мобильник и начала писать невесёлое сообщение подруге, жалуясь на детектива-гувернанта. Неожиданно знакомый голос неласково сказал: «Да чтоб тебя… Не будь такой задницей!» Я не расслышала его, поэтому переспросила: «Простите, что-что?» Детектив-гувернант двинулся ко мне. Я подумала, что он, вероятно, хочет попросить прощения за произошедший полчаса назад инцидент, и, бог свидетель, меня это растрогало. Я поднялась обнять его. Однако детектив остановил меня, прошипев: «Я знаю, что у тебя на уме. Я знаю, что, fucking, происходит!» С этими словами он выхватил у меня телефон. Я не могла понять, в чём дело. «Я знаю, я точно знаю, что ты фотографировала его. Я знаю, что, fucking, происходит», – не унимался злобный гувернант. Он проверил все фотографии в моём телефоне, прочитал все отправленные сообщения и без извинений швырнул мне телефон обратно. Я не могла поверить, что он даже не извинился. Все люди равны, но некоторые «равнее». Детектива-гувернанта волновали только те, кого он охранял, ему было безразлично, что подумаю я, как и то, что мне будет обидно от такого обращения, что мой вечер будет безнадёжно испорчен его паранойей. Я спросила его, почему он не извиняется, если то, что он обо мне подумал, оказалось неправдой. «Извини», – брякнул он и быстро отошёл, заметив, что у меня на глаза наворачиваются слёзы.
Безусловно, часто бывает, что неизвестные люди фотографируют известных в не самых лестных ситуациях, а потом продают эти фотографии. Я не могла понять, как у них хватает на это подлости. Подлавливать человека в неловкой ситуации и с радостью потирать руки, предвкушая гонорар, который принесёт эта фотография. Наверное, поэтому известные люди ужасно боятся расслабиться, опасаясь подвоха в каждом разговоре с незнакомцами, думают, что завтра несколько безобидных фраз могут быть переиначены, преувеличены и проданы жёлтой прессе, которая всё это прежуёт и выплюнет тебе в лицо, чтобы ты и тебе подобные знали, что рая на земле нет.
Естественно, детектив-гувернант не мог догадываться, что я никогда не стала бы этого делать, потому его решимость защитить своего подопечного была объяснима. Но я недоумевала, зачем нужно было делать это в такой откровенно грубой и высокомерной форме. Тот, кого он охранял, я уверена, был в миллион раз вежливее и наверняка не потерпел бы, что его детектив-гувернант столь по-хамски относится к людям.
Мой вечер веселья оказался непоправимо испорчен. Я пошла домой, размышляя о том, что мне всё больше начинает импонировать беззаботное отношение к жизни и прессе мисс Пэрис Хилтон, наследницы империи отелей «Хилтон». Похоже, что ей было наплевать, кто и что её увидит, не важно, при каких обстоятельствах её сфотографируют. Несколько раз я видела её саму в клубе с фотоаппаратом. Немного пообщавшись с ней, я сложила о ней очень хорошее мнение, противоположное тому, что я думала, начитавшись бесплатных газет, что раздают у входа в метро. Она оказалась очень мила, красива, дружелюбна и легка в общении, гораздо приятнее многих известных людей. Притворяясь глупой блондинкой, она получала то, что многие знаменитости не имели: ту самую свободу. Конечно, её социальное положение было несопоставимо с высоким положением и ответственностью, лежавшей на тех, с кем я пересеклась сегодня, но, как говорят, истина где-то рядом и «где-то рядом» обычно находится посередине. На мой беглый взгляд, в своём отношении к жизни господин N переоценивал свою ношу, а мисс Хилтон – недооценивала.
Сегодня я была приглашена на домашнюю вечеринку к новой знакомой по имени Стефани Поттс-Стронг. Это была очаровательная шумная девушка со взбалмошным характером, который сдерживало лишь её воспитание в школе для леди. Родись она в Нигерии, без сомнения, она бы собственноручно убивала леопардов и каталась на аллигаторах. В Лондоне она слыла укротительницей «тигров». Самые непокорные мужчины превращались в домашних кошек, общаясь с нею.
Эта девушка была очень богата, хотя никогда в жизни не работала. За неё в своё время поработали родители, так что ей повезло: она могла делать в своей жизни только то, что ей хотелось. У неё был очень красивый голос, и иногда она развлекала друзей оперными ариями. В остальное время она ходила по магазинам, в театры, кино, занималась декоративным дизайном, смотрела телевизор и навещала друзей по всему миру.