Человечество на своем пути к прогрессу и совершенству во все времена стремилось вдобавок путь этот облегчить и по возможности упростить, пусть даже с некоторыми потерями. Велик соблазн войти в дом своей мечты с черного хода. Ни для кого не тайна, что в наше время, при помощи заводящих ум за разум инопланетных технологий, воздействуя на фрагменты ДНК, из заурядного гражданина можно создать не то универсального солдата, не то вообще супермена. Однако для этого требуются фантастические лаборатории, безумные деньги и все такое – короче, дело неподъемное. Поэтому можно поступить проще: при помощи подкупа, шантажа или прямого воровства добыть пять-шесть компонентов засекреченной схемы, заплатить грамотному химику-варщику, чтобы тот в укромном месте и не совсем на коленке довел этот коктейль до рабочего состояния, и затем, согласно особому контракту, вкатить полученную смесь подходящему человеку. Быстро наработанный опыт показал, что подобный кустарный способ, пусть и ненадолго и не без последствий, позволяет сделать стандартного громилу намного быстрее, сильнее, а главное, гораздо более живучим. Такой оборотень-зомби и назывался L-модификантом – почему, сказать трудно, вероятно, из-за терминологической путаницы в связи с участием в одной из стадий процесса L-карнитина.
Мода на таких модификантов довольно быстро сошла на нет, но в конце пятидесятых от них, что называется, спасу не было. И в частности, бог уж весть по каким причинам, этих обдолбанных вервольфов необычайно полюбила так называемая «перегонная мафия», уютно обосновавшаяся на путях транзитной системы Юты. Эвакуация Юты – это классика Контакта, но пересказывать саму легенду я не стану, она не имеет к нашей истории никакого отношения, скажу лишь, что проходил этот транзит не через космические станции (по причине сумасшедшей дороговизны такой схемы, проект был масштабный и многолетний), а через систему однотипных планет – Ларедо I, Ларедо II, Ларедо III и так далее, подпадавших под действие соответствующего карантина. Тут-то и начались бедствия. Боевики «перегонной мафии», которые, как акулы, кружили вокруг контактерских баз, едва ли не на треть состояли из L-модификантов. Стреляли они, правда, в силу помраченности сознания, из рук вон плохо, зато мастерски владели мачете и с дьявольской меткостью бросали бутылки с зажигательной смесью типа «коктейля Молотова», причем порой с ошарашивающей дистанции. Особая неприятность заключалась в том, что проделывали они это со скоростью, которая плохо укладывалась в голове, и в упор не замечали останавливающего действия табельного оружия, которое инспектора Контакта, связанные по рукам и ногам идиотически-бюрократическими условиями Карантина (никаких скорчеров, никакой электроники, никакой автоматики и прочий бред), против них применяли. Многажды простреленный и превращенный в живой факел своей же смесью модификант успевал натворить еще таких дел, что потом вспомнить было тошно.
Служилый люд выступил с требованием: дайте нам что-то простое, надежное и максимально убойное. Тогда-то на свет божий и явился «клинт». Мощь аккумулятора и, соответственно, силовой подушки позволила увеличить калибр до слоновьих масштабов и применить пулю с компенсатором центра тяжести и плоско срезанной верхушкой, что практически избавляло от рикошетов; кроме того, «клинт» уверенно преодолевал труднодосягаемый для пистолетов стометровый рубеж. Теперь, даже при не слишком удачном попадании, от L-модификанта оставались только ноги да обрывки бронежилета.
Особого распространения это диво не получило, особенно после повсеместного внедрения «разгонной рельсы» – менее эффективной, зато куда более технологичной в изготовлении, – но и по сию пору «клинт» остается излюбленным оружием наемных убийц, для которых сочетание мощности, компактности и надежности гораздо важнее скорости перезарядки. Процесс это непростой и долгий, что чревато неприятностями, потому-то Дину и приходилось носить два пистолета одновременно. «Интеллигентный человек, выходя из дома, берет с собой два «клинта»», – говорил он. Немаловажной деталью было то, что «клинт» унаследовал от прадедушки «нагана» двухперьевую главную пружину, за счет чего у него отсутствовал гибельный для неумех и новичков дергающий провал спускового крючка после выстрела – Диноэла, ленивого на ежедневные тренировки в тире, это очень устраивало. Кроме того, разгонное поле в значительной степени сокращало отдачу, что также создавало немалое преимущество.
Нечего и говорить, что диновские «клинты» делались по специальному заказу, в Италии, по большей части – вручную, эскизы курков и верхних вентилированных планок он рисовал самолично.
Конец скучной интерлюдии.
Еще двое парней с «глоками», уронив головы, сползли по стенам, оставляя за собой темные косые полосы, у одного с растопыренных пальцев соскочил кастет и звучно стукнул о пол, в комнатушке справа дважды чмокнул навернутый на что-то сорок пятое глушитель Алекс, кто-то кувырнулся в дверном проеме, и все закончилось.
