Наконец решившись, Тори вытянула руку и коснулась лба драконицы. Чешуя была гладкая на ощупь и замёрзшими пальцами воспринималась чуть тёплой. Несколько секунд спустя Тори уже уверенно наглаживала драконью морду, издавая восторженные звуки и сияя довольной физиономией.
— У тебя Хагрида в роду не было, случайно? — захихикал Чарли.
— Да ну тебя, — фыркнула Тори. — Она такая краса-а-авица, — продолжала сюсюкать она.
— Ну, приезжай после Хогвартса в наш заповедник работать, у нас этого добра — лопатой грести можно, — предложил Чарли. — Эй, осторожно, не трожь ноздри! — всполошился он, но малость опоздал с предупреждением.
Задремавшая было драконица от неосторожного прикосновения дёрнула головой, случайно отправив Тори в короткий полёт, завершившийся резким торможением о забор загона. Для беспечной студентки Хогвартса, получившей мощный удар поддых, мир словно замедлился. За ту долю секунды, что она провела в свободном полёте, ей удалось до мельчайших деталей рассмотреть на фоне чёрного неба громадную голову дракона на взметнувшейся вверх шее; как сквозь вату в ушах Тори расслышала бряцанье цепей, прикреплённых к широкому ошейнику. Валлийка совсем по-лошадиному всхрапнула, ещё раз встряхнула головой, и в этот момент полёт Тори прервался забором, чему она была очень рада — удар спиной благоприятно отразился на её парализованной первым ударом диафрагме, позволив наконец-то сделать выдох.
Впрочем, на этом приключения не закончились. Немного придя в себя, Тори поняла, что драконица набирает воздух для выдоха, а означало это только одно — сейчас станет жарко. Понял это и Чарли сотоварищи — все четверо потянулись за палочками, чтобы оглушить драконицу, но Тори, в условиях своего замедлившегося мира, чётко видела — не успеют. Занеся руку, она выхватила из пучка волшебную палочку и, на какие-то жалкие доли секунды опередив валлийку, отклонила вверх летящий ей навстречу огненный поток. Вся возня заняла не более двух секунд, персонал, занятый возле остальных драконов, возможно, даже не заметил, что произошло.
— Не трогайте её, она не нарочно! — обретя дар речи, просипела Тори.
Все четверо уставились на неё, как на ненормальную. Первым очухался Чарли и повторил своё приглашение приезжать на практику в заповедник — сумасшедшие у них там в почёте. Тори принялась оправдываться и извиняться, уверяя всех, что она сама не хотела причинять дракону неприятности и больше так не сделает. Она была готова поклясться, что валлийка, которая просто-напросто чихнула из-за опрометчивого прикосновения к своим ноздрям, тоже смотрит на неё с недоумением. На всякий случай Тори поспешила попрощаться со всеми и, под предлогом того, что ей нужно помогать готовить для драконов укрепляющие порошки, двинулась обратно в школу, перед уходом пообещав прийти завтра на полировку и помахав на прощание Горану.
Отойдя ярдов двести от поляны, Тори с усмешкой подумала, что после такой встряски она может ходить по Запретному Лесу мимо тропинок и ничего не бояться.
— Как поживает бабушка? — раздалось у неё за спиной. — У неё большие уши?
— Уши так себе, зато зубы и глаза — у-у-у, — нервно хихикнула Тори, замедляя шаг.
— Вы вообще в порядке, мисс Смит? — поинтересовался Каркаров, поравнявшись с ней. — Мне было не очень хорошо видно, но я понял, что вы пережили небольшое занятное приключение. Вы, кажется, хотели зажечь Люмос?
— Ага, очень занятное приключение, точнее не скажешь… Что? Какой Люмос? — растерялась Тори и секунду спустя осознала, что до сих пор сжимает палочку в руке. — Ой… — обратив внимание, что рука предательски ходит ходуном, она, после нескольких неудачных попыток пристроить палочку обратно в пучок, сунула её в карман мантии. — Что-то я как-то…
— Вас только соплохвосты с драконами интересуют или вы в целом к животным не равнодушны? — завёл светскую беседу Каркаров. — Кстати, отчего ваша подруга не с вами?
— Я в целом зверей люблю, — отозвалась Тори, внимательно следя, чтобы переставшие беспрекословно слушаться ноги не зацепились друг за друга. — Драконов живьём впервые в жизни видела, — поделилась она. — Производят впечатление.
Каркаров, оценив её состояние, достал из внутреннего кармана мантии плоскую фляжку и спросил, не желает ли мисс Смит глоток успокоительного по одному из гениальных рецептов доктора Мачкевич, собственноручно сваренного автором. После недолгих колебаний она согласилась и, приложившись к фляжке, отметила очень быстрое наступление благотворного эффекта — ноги и руки перестали жить собственной жизнью, а в голове прекратился тихий назойливый гул. В повисшей, пока она пила, тишине чуть в отдалении был ясно слышен хруст веток под тяжёлыми шагами и приглушённый диалог. Один голос без труда идентифицировался как хагридов, над личностью его собеседницы также не пришлось долго ломать голову. Тори покосилась на Каркарова и только вздохнула с лёгким осуждением. Ну да, каждый шпионит как может…
