Он сделал большой глоток из меха и проворчал непристойное ругательство. Конечно, он победил её! Но в Пекле он видал такие победы…
…Когда Ленвин… то есть, Умбра, прыгнула на него, занося меч, он машинально прикрылся щитом, держа его под углом — так, чтобы удар был не прямым, а скользящим, выводящим противника из равновесия.
Но, к его удивлению и досаде, удар все равно оказался сокрушительным, заставившим его отступить на шаг! Пеклова же девка, даже не замешкавшись, тут же напала вновь — да так молниеносно, что он едва-едва успел прикрыть лицо от мелькнувшего черного острия!
Меч в руках Ленвин был… странным. И жутким. Теперь Сандор понимал: та потусторонняя жуть, что он испытал при виде Умбры, шла не от босмерки. А от самого меча!
Хотя, учитывая, что она слилась со своим оружием воедино…
Рассуждения пришлось прервать — Умбра снова атаковала, заставив Пса отступать. Скрипнув зубами, он сосредоточился на противнике: так, как он привык, когда враг оказывался сильнее. Такое в последние годы случалось довольно редко — но случалось, а потому он был готов.
Наблюдать. Анализировать. При этом уйти в глухую оборону, не пытаясь контратаковать до того, как стиль противника будет им полностью изучен.
Надо сказать, до сего дня этот подход неизменно давал свои плоды. По крайней мере, все выходило как-то… проще. Но не теперь.
Это был бешеный, злобный, алчный напор! Будто не человек (простите, мер) атаковал его, а бешеное животное!... Даже не так, не животное. Стихия! Ветер, ураган… пламя.
Сравнение с огнем пришлось Клигану не по вкусу. Мягко говоря. Но он продолжил делать то, что умел лучше всего: упрямо сжал зубы и продолжил драться!
А Умбра — назвать её Ленвин как-то уже не поворачивался язык — перла на Сандора, подобно строю панцирной пехоты Утеса Кастерли! С тем же упорством и убийственной мощью. Пса спасали только его огромная сила, выносливость, комплекция и — главное — мастерство!
Впрочем, если все пойдет так же, кое-что его вскорости подведет. Амуниция!
Щит покойного Клинка жалобно звенел, принимая на себя чудовищные удары, которые миниатюрная босмерка в обычном состоянии ну никак не могла наносить! И будь Сандор менее крепким — он бы уже давно схлопотал перелом руки. Сам щит будет явно нуждаться в конкретном ремонте после этого боя!
Что уж говорить про разномастную защиту рук, хреновый шлем и дрянную кольчугу? Одно попадание — и он труп!
А потому нужно было срочно решать, что делать?
Тогда-то и мелькнула та мысль, что, если уж маленькая босмерка при помощи Умбры, получила ТАКУЮ силу — что же будет, когда меч в руки возьмет он сам?...
В тот-то момент все и изменилось.
Молниеносный удар черный дымящимся клинком вдруг резко замедлился и, не дойдя до щита Сандора, как-то вяло упал к ногам ошеломленной пигалицы.
— Что? — как-то удивленно проговорила она, оглядываясь вокруг. — Я… Где я?... Что я?!... Кто ты такой? — проговорила она, удивленно глядя на Клигана. — Кто Я такая? И что… А, ну конечно, — внезапно на её лицо вернулось прежнее равнодушное выражение. — Да, все ясно.
Повисла тишина, нарушаемая лишь треском огня в огромной жаровне.
Наконец, Умбра отмерла.
— Меч выбрал нового хозяина… А я… — тут девушка прикрыла глаза. — Как же я устала...
С этими словами Ленвин с той же стремительностью, с какой только что наносила удары по щиту Клинков, прыгнула вперед… прямо на выставленное остриё стеклянного меча Пса.
— О чем задумался, Пес? — как-то даже… не особенно едко произнесла Зои.
— Да вот, — неожиданно даже для самого себя произнес он. — Подумал о том, что победы, бывает, не доставляют радости.
— Как по мне, так все просто, — задумчиво проговорила дремора после небольшой паузы. — Ты жив, она мертва. Ты победил, она проиграла. Все просто? — чуть нахмурила брови она.
— Наверное, — проскрипел Клиган, мрачно зыркнув в сторону свертка, лежащего рядом с ним.
Несмотря на спорность одержанной победы, Пес не изменил своим привычкам — а потому снаряжение босмерки было снято с трупа и присвоено. Впрочем, просто бросить тело несчастной девчонки ему совесть не позволила: натаскав камней и обломков, Сандор соорудил ей что-то вроде импровизированной могилы прямо в одной из ниш того зала, в надежде, что злокрысы не смогут её разворошить.
Доспехи, конечно, были отменные. Правда, не по мерке Клигана — все же они были сделаны по размерам тоненькой девушки-босмера. Но материал…
Зои назвала его эбонитом. Чрезвычайно редкий и безумно дорогой материал, по её словам! Отдельные части амуниции можно было изредка встретить по всему Тамриэлю, но полные эбонитовые латы… Такую роскошь могли себе позволить только очень богатые люди! Состоятельный феодал или какой-нибудь провинциальный имперский прокуратор. Стоимость доспеха равнялась немаленькому поместью, с замком и многими акрами плодородных полей!
А тут — полунищая босмерка-наемница. Откуда она его взяла? Не Умбра же ей доспех дал! Или?…
— Эй, козочка, — не отводя взгляда от длинного свертка с проклятым мечом, протянул Сандор. — Как думаешь, откуда у девчонки мог появиться такой козырный доспех?
