Эти аргументы пали на бесплодную почву. Через два дня после его выступления Макдональд представил британские предложения на женевской конференции по разоружению: в Европе устанавливается максимальный срок военной службы восемь месяцев; личный состав армий Франции, Германии, Италии и Польши должен быть сокращен до 200 000 человек; воздушные бомбардировки должны быть запрещены; военная авиация каждой страны должна быть ограничена пятью сотнями машин, а все самолеты сверх установленного ограничения должны быть уничтожены – половина к 1936 г., остальные – к 1939 г. Количество же немецкой авиации остается открытым.
Представляя этот план в палате общин 23 марта, Макдональд заявил: «Не могу сказать, что лично я согласен с этим, но цель правительства – «статус равенства» для Германии в области вооружений». Черчилль, внимательно следивший за требованиями нацистов и их антисемитскими и антидемократическими акциями, заявил в палате: «Когда мы читаем про Германию, когда с удивлением и огорчением видим бурный всплеск агрессивности и милитаристского духа, безжалостное подавление меньшинств, лишение прав больших групп населения исключительно по расовому признаку, – когда мы видим такое в одной из самых одаренных, развитых и великих стран Европы, нельзя не радоваться, что все эти страсти, бушующие в ней, пока что не нашли выхода за пределы Германии».
Далее Черчилль сказал, что британское правительство не сумело компенсировать немецкие обиды, пока Германия была еще слабой и не могла силой требовать их удовлетворения. В то же время требование сокращения вооружений Франции придвинуло нас ближе к войне, «сделало нас слабее и менее защищенными». Со скамей лейбористов и консерваторов раздались крики «Нет! Нет! Нет!». Еще более яростный гнев вспыхнул, когда он заявил, что ответственность за это должна быть возложена на Макдональда.
От имени правительства на речь Черчилля ответил заместитель министра иностранных дел Энтони Иден, выразивший сожаление, что Черчилль выбрал столь серьезную дискуссию «для демонстрации своего остроумия». А возложение ответственности на Макдональда за ухудшение международных отношений было, по его словам, «фантастически абсурдно». Причины ухудшения «следует искать в том времени, когда мистер Черчилль сам нес значительную меру ответственности». Это обвинение стало шаблонным приемом для нападок правительства на Черчилля. На самом же деле, когда он был министром финансов, расходы на авиацию увеличивались в четырех из пяти его бюджетов. Он также был активным сторонником гарантий нерушимости французских и германских границ. В 1925 г. он выступил за ежегодный пересмотр правила «десяти лет». В 1929 г. предупреждал правительство о перевооружении Германией флота. Но его постоянная бдительность в вопросах обороны не имела никакого значения для тех, кто выступал против его нынешней политической позиции.
Иден настаивал, что без разоружения Франции невозможно обеспечить в Европе мир. «Британия вовсе не хочет, чтобы Франция вдвое сокращала свою армию, как полагал Черчилль. Сокращение предусмотрено совершенно иное, – сказал Иден. – С 694 000 всего до 400 000». Парламентарии приветствовали Идена. «Палата обратила свой гнев на мистера Черчилля», – сообщила Daily Despatch. Черчилль получил только одно письмо в поддержку, от адмирала сэра Реджинальда Кестанса, который 24 марта написал: «Вы поистине определили основополагающие принципы войны и пытались убедить тех, кто по большей части совершенно невежествен в этих вопросах».
Черчилль собирался снова выступить по европейским вопросам 13 апреля. Перед этим он проконсультировался с майором Десмондом Мортоном, с которым познакомился на Западном фронте еще в 1916 г., а в 1919 г. пригласил в разведывательный отдел Военного министерства. С тех пор Мортон возглавлял промышленную разведку в комитете обороны, занимался мониторингом импорта и использования сырья для производства вооружений европейскими странами.
Опираясь на факты, которые предоставил ему Мортон из секретных правительственных источников, Черчилль сопоставил стремление Гитлера к перевооружению с постоянным стремлением Макдональда к сокращению вооружений, повторив свое предупреждение: «Создание Германией чего-то подобного военному паритету с Францией или кем-то из ее союзников – Польшей или малыми странами – означает возобновление всеобщей европейской войны».
Черчилль также заявил в палате общин, что в Германии происходят не только воинственные манифестации, но также «преследование евреев, о чем так много говорят уважаемые парламентарии и что вызывает возмущение у каждого, кто считает, что люди имеют право жить в том мире, в котором родились, и имеют право вести тот образ жизни, который до сих пор был гарантирован им в стране их рождения. А гнусный режим, установившийся в Германии, распространяется путем завоевания Польши, и уже в завоеванной области начались еврейские погромы».
