Утро понедельника. 8:58. Кабинет Олдриджа.
Я сижу на стуле в ожидании босса. Он на переговорах с одним из партнеров. На мне новый костюм от «Теори» и шелковая блузка с воротником-стойкой. Стильно, но строго. Никакой фривольности. Я нетерпеливо постукиваю карандашом по папке с документами – неоспоримыми свидетельствами моих недавних побед и умелого руководства.
– Мисс Кохан, – приветствует меня Олдридж. – Спасибо, что удостоили меня вниманием.
Я поднимаюсь, и мы пожимаем друг другу руки. Олдридж щеголяет костюмом-тройкой от «Армани», рубашкой в розово-голубых тонах и галстуком, отделанным розовыми вставками. Олдридж тот еще модник. И почему я упустила это из виду?
– Как поживаете? – учтиво интересуется он.
– Хорошо, – говорю я, но тут же исправляюсь: – Прекрасно.
Он кивает.
– В последнее время я наблюдал за вашей работой и должен сказать…
Нет, это невыносимо. Я бросаюсь с головой в омут.
– Простите. В последнее время у меня все из рук валится. Моя лучшая подруга очень больна. Но клянусь вам – я работала с документами даже в клинике, так что мы ни на один день не отстанем от графика и слияние с компанией «Карбинджер» произойдет вовремя. Ничего не изменилось. Эта работа – моя жизнь. Я готова на все, чтобы вам это доказать.
Олдридж ошарашен.
– Ваша подруга больна? – изумленно спрашивает он. – Что с ней?
– У нее рак яичников…
Не успеваю я произнести эти слова, как они оживают, обрастают плотью и усаживаются на столе между нами – бесцеремонные, наглые, кровоточащие. Заливающие кровью все вокруг. Документы на столе Олдриджа. Его элегантный костюм от «Армани».
– Мне очень жаль, – произносит Олдридж. – Это страшная болезнь.
– Да.
Он удрученно качает головой.
– Вы нашли ей достойного врача?
Я киваю.
– Хорошо. Это хорошо.
Он хмурится, и вдруг лицо его осеняет лукавая улыбка.
– Однако я вызвал вас не для того, чтобы порицать. На самом деле мне нравится, как вы работаете. Напористо, с огоньком. Впечатляюще.
– Даже не знаю, что вам и сказать…
– Ну еще бы, – задорно усмехается он. – На то и рассчитано. Вы слышали о компании «КуТе»?
– Конечно! Они же наши клиенты.
«КуТе» – недавно основанная технологическая компания, разработавшая свой поисковик наподобие Гугла. У ее создателей невероятный творческий потенциал. Они так и фонтанируют необычными и свежими идеями.
– Они хотят выйти на биржу.
Я только глазами хлопаю от изумления.
– Поверить не могу, что они решились на это!
«КуТе» придумали две студентки Сиракузского университета Жорди Хиллз и Анья Чо, когда-то делившие одну комнату в общежитии. Информационно-поисковая база их детища содержит впечатляющий молодежный словарь и намного успешнее удовлетворяет запросы юной поросли. Например, если ввести в строку поиска имя «Одри Хепбёрн», то вначале система выдаст страницу, ведущую на сайт «Нетфликса», где выложен документальный фильм об актрисе, затем – страницу телесериала «Е! Правдивая голливудская история», потом – страницы с ее участием в популярных телешоу и пособиями, как стать такой же иконой стиля, а напоследок – сайты с ее биографией и фильмами. По-моему, гениально. Настоящий кладезь современного искусства. Однако, насколько я знаю, Жорди и Анья не собирались продавать доли в компании.
– Они передумали. Теперь им нужен человек, который занялся бы этим вопросом.
Сердце чуть не выпрыгивает у меня из груди. Пульс учащается, кровь бешено стучит в висках…
– Раз… Разумеется…
– Не согласитесь ли вы взяться за это дело?
– Да! – вырывается у меня истошный вопль. – Однозначно и категорично – да!
– Ну тише, тише, – утихомиривает меня Олдридж. – Работать предстоит в Калифорнии. Частично в Кремниевой долине, частично – в Лос-Анджелесе, где живут Жорди и Анья. Они хотят как можно меньше покидать свой офис в Городе ангелов. Раскачиваться некогда – возможно, мы приступим к работе уже в следующем месяце.
– Кто из партнеров поведет дело?
– Я, – улыбается Олдридж, сверкая ослепительно белыми зубами. – Знаете, Данни, вот смотрю я на вас, а вижу себя в молодости. Вы не даете себе спуску. Как и я когда-то.
– Просто я люблю свою работу, – отвечаю я.
– Знаю, знаю, но вот отвечает ли работа вам взаимностью? Вот что важно.
– Какая взаимность! Мы же корпоративные юристы. Работа держит нас в ежовых рукавицах.
– Возможно, – смеется Олдридж, – однако вряд ли я продержался бы в этой сфере так долго, если бы не пришел к разумному компромиссу и не заключил некое подобие соглашения.
– Между вами и работой?
Олдридж снимает очки, смотрит мне прямо в глаза и произносит, чеканя каждое слово:
– Между мной и моими амбициями. Каким будет ваш компромисс – решать не мне. Я до сих пор работаю восемьдесят часов в неделю. Мой муж, благослови его Бог, порой готов меня убить, но…
– Вы соблюдаете условия соглашения.
Олдридж надевает очки и усмехается:
– Я соблюдаю условия соглашения.
