Он поднял глаза — на лестнице, ведущей в гостиную, стояла, поджав губы, миледи Айварс. За ней — сыновья. Дан, что твой Храон в гневе, и почему-то прячущий руку младший.
— Ты отдала свою силу, пытаясь нас защитить, девочка, — лорд Айварс говорил тепло, но очень серьезно, — на этот раз без тени улыбки. — В этом доме тебе всегда рады и готовы помочь, что бы ни случилось! Пообещай, что не забудешь мои слова. Хорошо?
— Не забуду. Спасибо, лорд Айварс.
— Отвези, — лорд Айварс сделал знак Дану, и тот пулей вылетел следом за девушкой.
Дверь закрылась, будто сочувствуя. Анни опустилась на пол.
Какая она все-таки глупая.
Слова младшего брата Дана до сих пор звучали в голове, заставляя гореть изнутри от злости и стыда. С другой стороны — а чего она хотела? Как еще могут относиться аристократы к девице, ниже по положению? Девице, в прошлом которой уже была любовная история?
Конечно, девственность невесты как необходимое условие — давно уже пережиток прошлого, но…
Невесты? Неужели именно это слово только что мелькнуло в ее глупых мыслях? И когда она, наконец, повзрослеет? Она за кого замуж-то собралась? Уж не за Дана ли — будущего наместника, или уже наместника, кто этих Айварсов разберет?
«Да. За него. И хватит делать вид, что это не так», — грустно прошептал внутренний голос. Анни опустила заплаканные глаза и тут же утонула в янтарной бездне, перечеркнутой вертикальным зрачком.
— Тьма… Тьма, за что мне все это, а?
Дан. Он всю дорогу пытался ей что-то объяснить. Но… Она так боялась расплакаться, показаться ему жалкой, что… А когда все же нашла в себе силы — мужчина замолчал.
Неужели она на что-то надеялась? О чем-то мечтала?
Храон всемогущий… Ничему-то ее, бедняжку, жизнь не учит! Анни сама не заметила, как мысленно обратилась к местному божеству.
Семья Айварсов не простая, они — настоящие короли. Короли Севера! А она… Кто она? Маг, отрабатывающий учебу в Академии? Она обязана отработать — ей повезло — королевство, нуждающееся в ее способностях, выучило в кредит, и теперь хочет вернуть свое. Она благодарна. Судьбе, королевству, богам — всем! Она отработает. Сполна.
Вот только мечтать о Дане больше не стоит. Один раз девушка из деревни уже поверила в искренние, чистые, благородные чувства столичного аристократа. Все. Хватит. Дьярви прав. Вместо того, чтобы сидеть на полу и рыдать — должна быть ему благодарна. Этот юноша спас ее от очередной любовной связи. Все равно их отношения длились бы ровно до того момента, как северному королю настало бы время жениться, дабы достойно продолжить славный род Айварсов. Мощные ветви родового дерева, гордо смотрящие вверх, к солнцу, ни за что не посмотрят вниз — туда, где в его царственной тени растет какой-нибудь…лесной орешник.
Анни улыбнулась. Она вдруг вспомнила бабушку. Бабушка умерла, когда ей еще не было и десяти лет. Как-то они бродили по лесу. Орехи собирали.
«Лаапи, — говорила бабушка, — Лаапи — лесной орех. Невзрачный такой. Но живучий. Знала бы ты, внучка, какой живучий! Ну-ка… Дай ладошку! — старушка отсыпала горсть зеленых, незрелых плодов. — Ты его, внучка, запомни. Будет плохо — легче станет…»
Запах леса ворвался в воспоминания и исчез, но на душе и правда стало легче. Все это время Тьма мурчала у хозяйки на руках. Зверек пел утешающую песенку о том, что печалиться не о чем, что все будет хорошо:
«Ты зря себя накрутила», — раздалось в голове.
— Ничего подобного, — возразила Анни, с подозрением посмотрев в янтарные глаза.
«Ну, как знаешь», — прочла она там.
Вильнув хвостом, кошка гордо удалилась, бесшумно ступая по лакированному дереву.
— Твою переноску оставили, — вздохнула Ани, вставая и отряхиваясь. — Сакавояж… И что теперь делать? Опять идти к Айварсам?
— Мрррр, — донеслось насмешливое.
— Смешно тебе, — проворчала Ани. — Там, между прочим, наши с тобой нитки…
Сидеть, страдать и плакать ей надоело быстро. Работы много, лаборатории открыты, мэтр Бригер в Бредане, так что… Сейчас она переоденется и поедет.
— А ты — остаешься дома! — сообщила она Тьме, которая уже сладко спала, свернувшись клубочком.
Анни вытащила амулет связи и связалась с постом лаборатории. Первый месяц каждый сотрудник имел право обратиться за помощью, потом все начинали ездить сами. Сургенг предоставлялся. И у нее он был! Вот только водить она так и не научилась. Все усилия раскосого мага были напрасны — он и сам это понимал, только ей не признавался — не хотел, чтобы она раскисала. Тем не менее — надо смотреть правде в глаза. Она, похоже, никогда не научится. Как же нехорошо… Придется все время кого-то просить, а она терпеть не может навязываться. И потом — скоро ее законные выходные. Она так мечтала съездить к саоми, она же обещала Линни Нокль навестить ее знакомую. Одна надежда и была — на Дана. Но об этом лучше забыть. Да и все его рассказы о том, что он сам не мог научиться — просто уловка, чтобы ее очаровать, не более.
— Да! Слушаю! — кристалл амулета загорелся, сквозь помехи послышался мужской голос.
