— Хорошо, — сказала она вслух и задумалась о том, что ей делать с виконтессой дальше.
И в самом деле, сложившаяся ситуация была не из простых. Герда не могла ни отпустить Серафину, ни убить. Но что-то же делать с ней было надо? И тут Герде вспомнилась история с Кирсой. Старая шлюха оказалась опытной бестией и первой сообразила, что, если не найдется иного выхода, Герде — хочет она того или нет, — придется Кирсу зарезать. Так почему бы и сейчас не передоверить инициативу попавшей в беду Серафине?
— В шахматы играете? — спросила Герда вслух.
— Да, Немного.
— Что такое «пат», знаете?
— Да, — подтвердила виконтесса.
— У нас патовая ситуация, — объяснила Герда свое видение вопроса. — Есть идеи, как ее разрешить, не перерезая вам горла?
— Дайте подумать…
Думала виконтесса долго. Наверное, минут пять или даже больше, но заинтересованная в результате, Герда ее не торопила.
— Предлагаю сделать так, — заговорила наконец Серафина. — Мы сейчас вместе поднимем маркиза и спустим его по черной лестнице во двор. Вам ведь все равно не нужен скандал. Объясняйся потом с городской стражей, он на вас напал или вы на него.
— А во дворе что? — звучало все это крайне подозрительно, но по факту Серафина была права. Кричать и звать на помощь, имея в комнате заколотого твоим кинжалом человека, не слишком умная затея. В лучшем случае, просто опоздаешь на корабль, ну а в худшем — городские власти начнут задавать вопросы, на которые будет весьма затруднительно ответить.
— Во дворе телега. Вознице заплачено, он сам вывезет тело. Должен был вести вас, но повезет маркиза. Впрочем, это уже моя забота.
— Звучит неплохо, — признала Герда. — Но есть проблема. Кто помешает вам напасть на меня, пока мы тащим тело?
— Я не по этой части, — попыталась отговориться Серафина. — Отравить я конечно могу, но драться? Это вряд ли.
— Все равно не получается, — с сожалением признала Герда. — Это слова, а как все сложится на самом деле, никто не знает. Мне в этом плане не хватает гарантий. Вы, Серафина, можете оказаться сильным бойцом или вернуться сюда позже и привести подмогу. Нет, извините, но так я рисковать не буду!
— Гарантии есть, — нехотя сообщила виконтесса после короткого раздумья. — У меня в кошеле лежит охранная грамота от эринорского короля. Если она будет у вас, вы легко найдете защиту у местных властей. Они Георгу противоречить не станут. Итак, я достаю?
— Хорошо, — согласилась Герда, — только, ради бога, не делайте резких движений! Видит бог, я не хочу вас убивать, но, если придется…
— Я понимаю.
— Вот и хорошо.
Похоже, женщина вполне осознавала опасность. Двигалась она плавно, нарочито медленно. Но, в конце концов, достала грамоту — сложенный вчетверо небольшой кусок пергамента, — и развернула так, чтобы Герда смогла прочесть из-за ее плеча:
«
Сургучная печать и летящий росчерк пера удостоверяли подлинность королевской грамоты.
«Кажется, это называется карт-бланш…».
— Да, это меня устроит, — сказала Герда вслух. — Но нам предстоит еще придумать, как разойтись конкретно сейчас. Я не хочу рисковать.
— У меня есть лауданум[11]…
— Лауданум?
Герда знала, что это такое. Лауданум принимала ее мачеха, и сейчас, услышав о лекарстве, она поняла, почему у Серафимы была настолько замедленная реакция.
«Она пьет опийную настойку!»[12]
— Покажите!
Так же осторожно, как и прежде, виконтесса достала из кошеля склянку темного стекла, заткнутую пробкой.
— Откройте и дайте мне! — приказала Герда и, получив склянку принюхалась.
Судя по запаху, это действительно был лауданум.
— До дна! — потребовала она, возвращая склянку.
— Но тогда я засну! — возразила Виконтесса.
— Не сразу, — усмехнулась Герда. — Как раз успеете дойти до своей комнаты. Заодно и алиби себе устроите…
