Появлению мужа я удивилась куда больше, чем Воронкову. Сегодня Олега я как-то не ждала. А вот майор, подозреваю, явился ко мне домой, чтобы сделать контрольное промывание мозгов. Когда наши пути-дорожки пересекаются, он часто так поступает: сначала разорется на месте преступления, а потом вызывает нас в управление или, как сегодня, без приглашения является домой, как он говорит: «Шел мимо».
Плохо, что Олег так некстати из командировки вернулся. Больше чем уверена, Воронков ему уже обо всем рассказал: и о том, что я труп Артура нашла, и том, что видел сегодня меня и Алину в «Комп и К*». Не дурак же он? Наверняка уже догадался о том, что мы с Алиной по уши завязли в новом расследовании.
Ой, как плохо для меня все складывается. Голова просто раскалывается, но боли головной, похоже, еще добавится. Ишь как посерьезнели их лица! Теперь они на меня вдвоем набросятся. Воронков будет угрожать засадить меня и Алину в тюрьму (исключительно ради нашей же пользы). Олег будет грозить разводом, чтобы Аню при этом оставить у себя – что за мать, сидящая в тюрьме. Потом они на пару будут «выкручивать» мне руки, требовать, чтобы я пообещала им не лезть туда, где мне – женщине интеллигентной – быть никак не пристало. Полиция, мол, сама разберется с преступниками. На закуску начнут взывать к совести, напоминать о материнском долге и разжигать во мне чувство ревности. А вдруг со мной что-нибудь случится, кто вырастит мою дочь? Другая женщина? Олег молод, красив, респектабелен. Дамочек, желающих его захомутать, найдется предостаточно. А как водится, самая прыткая не есть самая благопристойная. Проявив фантазию, можете себе представить, какая мачеха достанется моей дочери?
Так, давя на все болевые точки одновременно, они вырвут из меня обещание не заниматься «ерундой» и вести себя благоразумно. А чтобы я вообще забыла, чем в свое время баловалась на досуге, выкинут из книжного шкафа все детективные романы. Один раз такое уже было.
– Мариночка? – воскликнул Олег, глядя на меня с нежностью и почему-то с состраданием.
Странно, вообще-то я от него ожидала совершенно другой реакции. А, понимаю, он хочет, чтобы я потеряла бдительность, расслабилась – и тогда … Не выйдет! Буду начеку.
– Ты приехал? – повторила я свой вопрос, как будто сомневалась: мой это муж передо мной сидит или чужой.
– Ты знаешь, мне что-то так стало беспокойно. Звоню тебе на мобильный. Ты не отвечаешь…
– Я забыла отключить его от подзарядного устройства, – сказала я. Это была чистая правда. Телефонная трубка целый день пролежала рядом с холодильником, подключенная к электросети.
– В «Пилигриме» тебя тоже не было.
– Не было, – подтвердила я, не объясняя, по какой причине.
– Я сел в машину и рванул домой. Для бешеного кобеля семь верст не крюк, – пошутил он. – Только перешагнул порог квартиры – звонок в дверь. Сергей Петрович! Честно тебе скажу, его увидел – внутри все оборвалось. Первое, что подумал, с тобой беда. Господи, как же я испугался.
«Ври, да не завирайся. Не слишком ты перепуганным выглядел, когда я в дом вошла».
– Но он мне сказал, что несколько часов назад видел тебя живую и здоровую, и у меня отлегло от сердца.
Приподняв брови, я перевела взгляд на Воронкова. «Чего тогда пожаловал?» Воронков смолчал. Зато у Олега рот не закрывался.
– Оказывается, Алину надо спасать! Марина, она твоя подруга, и ты обязана заботиться о ее душевном состоянии, – сказано это было с такой тревогой и заботой об участи моей единственной подруги, что я на некоторое время потеряла дар речи.
Наверное, в этот момент мои глаза были похожи на перископы. Я даже отступила на полшага назад, чтобы эти двое попали в поле моего зрения: и Олег, который всю жизнь видел в Алине источник наших семейных ссор, и Воронков, который считал, что именно моя подруга сбивает меня с пути истинного.
– Сергей Петрович очень обеспокоен ее душевным состоянием. Он даже советовался со специалистом из института судебной психиатрии. Этот специалист, профессор, между прочим, порекомендовал послать Алину в командировку. Куда-нибудь очень далеко. На недельку-другую, а еще лучше на месяц. Ты ведь без нее в «Пилигриме» справишься? Лето закончилось, туристов не так много, – с жалким видом лепетал мой супруг.
В этот момент в моей голове начало кое-что проясняться: «Хитрецы! Хотите разбить наш тандем. Думаете, отсечете от меня Алину, и я заброшу расследование?»
– Сергей Петрович, в чем дело? – в лоб спросила я Воронкова. – Откуда такая забота об Алине. Институт судебной психиатрии приплели.
– Но я же Алину Николаевну сегодня видел! В каком она была состоянии! Дать ей в руки кинжал – она бы себе харакири сделала! И все это на ровном месте. Вообразила себе, что все члены группы должны умереть вслед за своим гуру, и теперь боится, что и ее затянет в водоворот повального суицида.
– А я и не знал, что умер кто-то, – растеряно произнес Олег. – Я думал, что у Алины очередное психическое расстройство.
