— Быть рядом с-с ним — это вс-сё равно, что с-сидеть на верш-шине вулкана, готового в любой миг вз-сорватьс-ся. Дарион, з-сабудь о Дарке. Такие, как он, обяз-сательно с-сходят с-с ума. Рано или поз-сдно, но это с-случитс-ся.
— Не хочу даже слушать!
— Хорош-шо. И ты прав: я не долж-шен придерж-шиватьс-ся неподтверж-шдённых данных и з-саранее обвинять мальчика. Тем не менее ш-шанс-с велик, даж-ше с-слиш-шком велик.
— Прекратите, пожалуйста. Дарк справится, он сильный.
— Да, конеч-шно, — мягко улыбнулся Гроссер. — У этого феникс-са оч-шень с-сильная воля, а его целеус-стремлённос-сти мож-шно только поз-савидовать.
— Да, вы правы, — с облегчением выдохнул я, радуясь, что наставник ушёл от неприятной темы. — Я хотел спросить: быть может, вы могли бы помочь мне в одном вопросе?
— С-слуш-шаю.
— Дело в том, что мне не хватает знаний. У меня слишком ограниченное количество приёмов, и я ничего не могу противопоставить Дарку в будущем поединке.
— Я не воин. Обратис-сь к другим нас-ставникам или уч-шеникам, — поморщился Гроссер. Я понурился, не ожидая столь резкого отказа.
— Понятно.
— Впроч-шем, ес-сли тебя не ус-страивает такой вариант, — тут же спохватился наставник, переходя на более дружелюбный тон, — мож-шеш-шь поис-скать в библиотеке. Ес-сли ничего не найдёш-шь, приходи через-с пол-луны или луну. Ес-сть один с-спос-соб, но… в общем, приходи, ес-сли не ос-станетс-ся других вариантов.
— Спасибо, — радостно выдохнул я.
И как это можно было упустить из виду библиотеку? Там обязательно должна быть гора нужной литературы. Другой вопрос, сколько времени мне понадобится на поиски и самостоятельное усвоение? Ведь читать — это совсем не то, что разбирать материал с наставником, впитывая малейшие нюансы.
Когда за воодушевлённым мальчишкой закрылась дверь, сарс сгорбился в кресле. Казалось, он за пару мигов постарел на десятки сианов. Гроссер некоторое время полубессознательно выводил пальцем на столешнице полузабытые формулы и внезапно дико расхохотался. Воистину, Мироздание любит сумасшедшие шутки.
Он думал спрятаться здесь. После уничтожения лаборатории за сотрудниками идёт настоящая охота: их вырезают целенаправленно и безжалостно. К моменту вступления в должность наставником Академии кроме Гроссера осталось в живых не более десяти сотрудников. За прошедший сиан исчезло более сотни. Он думал спрятаться за этими высокими стенами, отрезающими маленький мир от большого. Он был уверен, что здесь его и не подумают искать. Он наконец-то почувствовал себя в безопасности.
И на тебе. Как могли прогнозисты так ошибиться? Среди них работали одни из лучших предсказателей Империй. И все, как один, заявили, что последний эксперимент мёртв. Уничтожен в тот же день, что и лаборатория. Услышав это, Гроссер вздохнул с облегчением. Он был единственным, кому удалось сбежать из того кошмара, пробираясь по коридорам, заваленным изувеченными трупами. Он не имел отношения к генетикам, работающим над созданием альтернативного воина, и лишь потом узнал, что последний эксперимент вышел из-под контроля. Сарсу до сих пор снились куски тел и изуродованные страданиями лица, которые довелось увидеть в коридорах.
А ведь они все так гордились, что их приняли в лабораторию. Закрытое заведение, где каждый в полной мере мог проявить свой талант, не скованный условностями и запретами. О, да! Любой из экспериментов, проводимых в тех стенах, тянул, по меньшей мере, на смертную казнь, но какой же рывок они смогли сделать в науке за эти три сиана полноценного существования лаборатории!
Он, работающий почти исключительно с зельями, смог добиться результатов, о которых могли только мечтать поколения его предшественников. И всё это благодаря возможности испытывать составы на разумных подопытных без каких-либо ограничений.
И он сбежал оттуда, как какой-то карас, опасаясь за свою жизнь. Все архивы лаборатории были уничтожены, и знания остались лишь в его голове.
Весь прошлый сиан он только и делал, что убегал и прятался, спасаясь от идущих по его следам охотников. И вот появился шанс. Академия. Закрытое заведение. Тут его точно не станут искать, ведь даже ему подобная идея пришла в голову чисто случайно. Он уже начал потихоньку осваиваться на новом месте, воспроизводить погибшие записи, даже подобрал себе двух учеников, над которыми можно было бы впоследствии работать. Дарк сам пришёл к нему. У мальчика оказался живой взгляд на вещи, необычный склад ума и тяга к экспериментаторству. Дарионом же легко манипулировать. Брошенный ребёнок, отчаянно нуждающийся в поддержке, он всё сделает для того, кто подарит ему чуточку внимания и ласки. Гроссер сам вызвался ему помочь. Поначалу это был простой азарт, но теперь…
