Один из офицеров SAS отмечал, что при таком скудном выборе «вы бы могли вечно ждать появления идеальных разведданных, но что вы собирались тем временем делать? Нам приходилось как бы придумывать миссии». Все чаще они включали использование возможностей полка для ведения разведки с целью наблюдения за подозреваемыми, составления разведывательной картины. Это можно было сделать «слежкой», наблюдая из машин или зданий, но это было опасно, как заметил один оперативник SAS: «В Ираке вы скомпрометированы в тот момент, как ступаете на землю. Люди должны были выкинуть из головы Ирландию». Одним из решений было использование специальных камер и других технологий, разработанных научно-исследовательским подразделением полка и используемых его специализированной разведывательной ячейкой наблюдения. По мере совершенствования в Багдаде техники, SAS научилась сводить время пребывания на местах к минимуму, позволяя технике делать все остальное. Офицер американской разведки, наблюдавшей за работой «Черной» оперативной группы, объяснял:
- Было совершенно очевидно, что уроки, которые они извлекли в Северной Ирландии, пошли на пользу. Они были особенно хороши в использовании камер наблюдения. они находили место для их размещения, скажем, на крыше с видом на дом цели, которое было изобретательным и продуктивным. Наши ребята из техников осмотрели кое-что из их снаряжения и были очень впечатлены.
SAS обобщила свой оперативный процесс в первые дни пребывания в Багдаде как «найти-зафиксировать-прикончить». Идя в обратном направлении, «приканчивающей» частью уравнения фактически был рейд по уничтожению подозреваемых. «Зафиксировать» включало в себя точное определение времени и места, в котором можно было бы захватить цель. Именно при фиксации людей навыки наблюдения полка оказались особенно полезными. Но проблема для них заключалась в том, что для того, чтобы нацелиться на нужных людей, то есть «поисковая» часть процесса, его отправная точка должна была быть абсолютно точной. Ключом к этому было получение разведданных от шпионов внутри повстанческих группировок, но в Ираке в то время такого рода информацию оказалось на удивление трудно собрать, не говоря уже о том, чтобы поделиться.
В начале 2004 года Коалиция помогла поставить на официальную основу новую Иракскую национальную разведывательную службу. Создание ИНРС было проектом ЦРУ и к этому времени в ней насчитывалось несколько сотен сотрудников. Хотя антисаддамовским партиям в изгнании было предложено направить людей в ИНРС, предполагалось, что это будет служба безопасности вне политики. Один высокопоставленный сотрудник американской разведки объяснял, что она была задумана как «агентство, которое не было мотивировано сектантскими соображениями… ИНРС не зависела в финансировании от возглавляемого шиитами правительства Ирака, потому что ЦРУ полностью финансировало ее операции».
Хотя Коалиция проводила политику дебаасификации в армии и министерствах, ЦРУ играло по совершенно другим правилам. Высокопоставленные деятели Коалиции публично заявили, что было бы совершенно неприемлемо использовать для борьбы с повстанцами бывшую тайную полицию Саддама, но у Управления были другие идеи. Им нужны были люди, знающие свое дело, и они также хотели, чтобы ЦРУ было каналом, по которому любые разведданные ИНРС передавались другим игрокам. Во главе ИНРС был назначен шиитский диссидент, но, по словам высокопоставленного офицера британской разведки, «другие, кто там был на высоком уровне, все были бывшими офицерами мухабарата, и они были намного лучше, чем посланные для их наставничества люди из ЦРУ. Мы бы предпочли иметь дело с людьми из ИНРС напрямую».
Что касается ЦРУ, то его штат в Ираке вскоре увеличился примерно до 450 человек. В дополнение к его большому разведцентру в Багдаде было несколько внешних разведцентров, в том числе на курдском севере и во дворце Басры на юге. С другой стороны, численность британской Секретной разведывательной службы в стране никогда не превышала пятидесяти человек. Тем не менее, как утверждал один офицер MI6, «у нас было больше арабистов чем в ЦРУ».
