Тем временем, американские военные создали свою собственную гражданскую организацию агентурной разведки и многочисленные организации для ее поддержки. Гражданские лица, около ста человек, из Разведывательной службы Министерства обороны, были отправлены в Ирак на поиски оружия массового уничтожения, но когда это оказалось «сухой скважиной» или бесплодной миссией, переписали свои должностные инструкции для охоты за повстанцами. Другая агентурная организация, Специальный отдел контрразведки (СОКР) привлекла к работе около девяносто оперативников. Большинство сотрудников СОКР фактически были детективами из следственных служб вооруженных сил США. В дополнение к этим специалистам быстро обученные тактические группы агентурной разведки (ТГАР) пытались завербовать иракских шпионов по всей стране. Эти группы из пяти или шести военных были прикреплены к воинским частям и часто действовали с американскими патрулями в форме. К началу 2004 года насчитывалось несколько десятков ТГАР, но через несколько лет их число достигло пика и составило около 140 ячеек. В Британии были свои военные аналоги, полевые отряды агентурной разведки (ПАР).
Учитывая, что были задействованы тысячи сотрудников ЦРУ, ИНРС, MI6, Министерства обороны, СОКР, и тактических групп, можно предположить, что операции Коалиции должен был информировать непрерывный поток агентурных донесений. Но это было далеко не так. Количество, безусловно, увеличилось в геометрической прогрессии в течение 2004 года, но, как устало отмечал один британский офицер, которому пришлось на юге просматривать эти отчеты: «У вас были тонны отчетов агентов, предсказывающих то, или другое, но они были просто полным мусором. Иракцы дают вам ответы, которые, как они думают, вы хотите услышать, и с помощью ресурсов американцев они производили груды никчемной чепухи». Крупицы ценной информации приходилось выковыривать из мешанины сплетен, выдумок и догадок. Кроме того, для использования информации, требовался обмен ею, а в ситуации Багдада 2004 года, мало кто из игроков был в этом хорош.
Главный офицер военной разведки Коалиции, находящийся в Кэмп-Слэйр (часть американского комплекса баз в Багдадском аэропорту) с сотнями сотрудников должен был иметь возможность руководить действиями шпионов. Но ЦРУ ревностно охраняло свою свободу, а служба разведки Министерства обороны отчитывалась перед боссом за пределами Ирака: главой объединенной оперативной группы, ответственной за выслеживание элементов бывшего режима по всему Ираку и Ближнему Востоку. Офицеры в Багдаде из MI6 или британских вооруженных сил оказались посредниками между этими враждующими агентствами США. Многих американских офицеров возмущало отношение ЦРУ, его ресурсы и независимость. Их британские военные коллеги часто соглашались, один из них заметил: «ЦРУ было довольно высокомерным. Если они были на собрании, язык тела и используемый тон предполагали, что они были намного выше всех присутствующих». Другой высокопоставленный британский деятель описывал поведение ЦРУ по отношению к другим агентствам как «катастрофическое».
Если бы эти разные организации шпионов действовали под руководством одного человека, их деятельность могла бы быть распределена должным образом: ЦРУ, возможно, присматривало бы за сбором политической информации на высоком уровне, агентурная разведка Министерства обороны и СОКР следили бы за некоторыми иракскими ополчениями и так далее. Но теория единого направления в Багдаде чаще не соблюдалась, чем практиковалась. В дополнение к их колючим отношениям к сотрудничеству, рядовым агентам становилось все труднее и труднее проникать в «Красную зону» - Ирак за пределами «Зеленой зоны», поскольку это считалось слишком опасным. В этой ситуации ЦРУ часто перепечатывали отчеты ИНРС, а другие искали любого заслуживающего доверия иракца, который добровольно предлагал свои услуги на базе Коалиции. Когда организации агентурной разведки были настолько зависимы от посредников, возможности для их обмана или того, что бы одному человеку брать у нескольких агентств деньги, значительно возросли. Неизбежно, что ценные данные не передавались от одной организации другой, и всегда существовала возможность, как обнаружила позже SAS, что одна операция агентурной разведки случайно брала на мушку агентуру другой.
