Именно в это время, осенью 2006 года, смена языка стала очевидной в Кэмп-Виктори и посольстве США. «Мы начали использовать термины «совместимый» и непримиримый»», - вспоминает один из ключевых игроков. «Это лишало простоты формулировки слов «враг» или «повстанец»». Некоторые американцы приписывают это изменение акцента своему британскому заместителю главнокомандующего, утверждая, что оно стало центральным в его стратегии «Пробуждения». Другие утверждают, что ярлык «непримиримый» некоторое время существовал на западе, благодаря морской пехоте. Независимо от того, придумал ли его Лэмб, или просто взял на вооружение, он начал фигурировать в его переписке по электронной почте со своим старым коллегой, генералом Дэвидом Петреусом. Петреус уже провел много времени в Ираке в качестве командира дивизии во время вторжения и после него, а также на руководящих должностях в штабе. Провал плана генерала Кейси по обеспечению безопасности в Багдаде заставил людей в Вашингтоне усомниться в его будущем. Некоторые уже рекламировали Петреуса как его преемника.
Хотя события, последовавшие вскоре после оценки разведданных Питера Девлина, могли показаться доказательством, что он был человеком с исключительным непониманием исходной ситуации, его главный недостаток был общим для очень многих других офицеров того времени: пессимизм, порожденный повторяющимися неудачами, особенно связанными с убийствами лидеров, пытающихся поддержать Коалицию. Но полковник определил связь между этим отсутствием безопасности и численностью войск в Ираке, утверждая, что для изменения ситуации необходимы дополнительные морские пехотинцы. Среди американского военного руководства все больше распространялось понимание того, что для победы США требуется больше солдат.
Глава 13. Выбор победы
Поздно вечером в субботу 17 июля 2006 года британские войска вошли в один из самых враждебных районов Басры в погоне за Саджадом Бадром Адалем Саидом, лидером ДАМ («Джейш аль-Махди», или «Армия Махди») в этом городе. «Уоррироры» с грохотом ворвались в район, чтобы установить оцепление, в то время как штурмовая группа готовилась войти в дом Саджада. Его роль и местонахождение были установлены в ходе длительной операции разведки. Собрав свое досье, эксперты передали его командованию для принятия мер.
Выбор в качестве цели главы ополчения требовал тщательного военно-политического решения. Муктада ас-Садр, лидер, которому были лояльны подразделения «Армии Махди» в городе, был вовлечен в соглашения о передаче власти новому премьер-министру Нури аль-Малики. Но обеспечение роли в игре за власть в Багдаде мало влияло на его движение; скорее их нападения на войска Коалиции продолжали усиливаться. Поскольку прямая конфронтация с «Армией Махди», кровопролитие, подобное тому, что было в Аль-Амарре или Садр-Сити в 2004 году, нанесла бы политический ущерб правительству Малики, Коалиции пришлось смягчить отношение к шиитскому ополчению. В своих публичных заявлениях британская армия объясняла растущий ракетный дождь на своих базах, или самодельные взрывные устройства против своих машин, работой «изгоев» или «отколовшихся групп». Конечно, во многих нападениях участвовали боевики поддерживаемые Ираном, но простая правда заключалась в том, что тысячи пехотинцев «Армии Махди», были вовлечены в борьбу с Коалицией, несмотря на политические маневры Муктада, или даже возможно, как их часть, в попытке укрепить свои позиции на переговорах.
Рассматривая запрос о проведении крупной ударной операции против Саджада, британские лица, принимающие решения, понимали, что это может иметь тяжелые последствия. Однако, при постоянной ротации оперативных руководителей в Ираке, большие шишки редко были настроены на жесткие решения, как это случалось раньше. Например, десять месяцев назад было краткое окно возможностей, когда был арестован важный лидер «Армии Махди», а Саджад безуспешно преследовался SAS. К лету 2006 года командир 20-й бронетанковой бригады выступил за агрессивный подход, как Фрай и Лэмб, старшие британские офицеры в Багдаде в течение того лета и осени. Самое главное, центральная фигура в национальной командной структуре на юге, командир многонациональной дивизии «Юго-Восток» решил послать сообщение ополченцам. Кавалерийский офицер, генерал-майор Ричард Ширрефф прибыл в Басру с ощущением, что его дивизия уступила инициативу своему противнику, и счел неприемлемым, что британская армия стала такой пассивной перед лицом растущих потерь.
