Страшно, жутко, орут на тебя, орут рядом с тобой… Пока не бьют по морде и не принуждают открыть глазыньки – держи их закрытыми! Терпи!
Дело в пластике, моторике – у зрячих и слепых она совершенно разная. Абсолютно.
Если будут открыты глаза, Нини никогда не натолкнется на препятствие – она его обогнет. Она не споткнется на кочке, она будет прямо держать голову, а слепые больше полагаются на слух, и у них такой характерный наклон головы… опять же, неуверенность в движениях рук, сама аура слепого человека… человека, который привык быть зрячим, а оказался слепым.
Это не сымитируешь.
Но если закрыть глаза, то можно хотя бы сыграть – и не быть освистанным.
Нини послушалась. Получалось плохо, но девочка хотела жить. И упорно тренировалась.
Полкан помогал по мере сил.
Яна искренне надеялась, что они еще увидятся. Казалось бы, что тут сложного? Доехать до столицы. Забрать Гошку. Уехать из этой столицы, и пусть развлекаются чем хотят! Пусть хоть техно всем составом танцуют! Но…
Вот ни разу Яна не сомневалась, что Хелла приготовит какой-нибудь сюрприз. Ну НЕ МОЖЕТ эта дама без пакостей, не может! Недаром у нее в мире Яны такая родословная!
Ладно еще мать-великанша, хотя это посмотреть надо! Но ведь у нее отец – бог огня. Это по официальной регистрации. А по неофициальной – большего пакостника, чем Локи, на всю скандинавскую мифологию не найдешь. Уж на что асы были непринужденными личностями – и их достал! А это еще надо было умудриться!
И чтобы дочка не в папочку?
Яна не знала, как там у богов происходит рождение-зачатие-оплодотворение, не ее это дело – богам свечки держать. Но генетику еще никто не отменял!
Так что в пакостях она не сомневалась.
Утешало только одно.
Если вы поссорились с ротвейлером…
А Яна сейчас опаснее любого ротвейлера. Ей достаточно остаться с человеком один на один – и пожелать ему всяких приятностей. И получит человек или инфаркт, или инсульт, или еще что хорошее, и помрет, и никто Яниной вины не докажет. Даже если она будет орать во весь голос: «Приказываю умереть именем Хеллы!»
Да хоть на площадь выйди!
Кто ж в такое поверит?
Яна многообещающим взглядом посмотрела на поезда.
Денек она себе даст отдохнуть. Поваляться на кровати и всласть отоспаться. А потом – Звенигород! Что там у нас из революционного фольклора? Такое, памятное?
О!
Варшавянка!
И вихри враждебные…
Вот насчет крови и тиранов Яна была решительно против. Тоже повадились мебель портить! Троны они кровью врагов обагрят! А оттирать кто будет? Оно недешево стоит, это не скамейка в харчевне…
Народное достояние портить?
Яна вспомнила бессмертного «Ивана Васильевича» – и фыркнула.
Ладно!
Отоспаться, отлежаться пару дней – и собираться. Держись, Звенигород, мы с тобой еще позвеним мальчиками-колокольчиками. Держись! Я иду!
Утро началось с истерического визга.
Орала Роза Ильинична, и КАК орала.
Вдохновенно! Люстра над ней дребезжала хрустальными подвесками и грозилась развалиться от резонанса. Анна вылетела из комнаты как была, в одной ночной рубашке, даже халат не прихватила.
Виновником визга, пусть и косвенно, был Сталин.
Котяра был представлен окружающим, поставлен на довольствие и ознакомлен с территорией.
Прогулялся по особняку, мимоходом повалялся на белом кожаном диване, поточил когти о фикус (очень уж соблазнительно стоял) – и исчез.
Куда?
Как оказалось – на охоту.
На лестнице, между вторым и третьим этажом, была аккуратно, даже художественно уложена здоровущая крыса. Вот на нее и наткнулась Роза Ильинична. И то, что крысятина была дохлой, ничуть не улучшило ситуацию.
КРЫСА!!! А-А-А-А-А!!!
Так и получилось! Страшно же!
Спас экономку от эпически кошмарного и ужасающего (почти Ктулху!) зверя лично Борис Викторович, который тоже прибежал на визг и набросил на монстра подушку. Да, вот такая компания.
Борис Викторович – в одних трусах. Неглиже…
Анна – в одной ночнушке, достаточно условной.
Кира – в пижаме с каким-то монстром Dagon. Что это за животное, Анна не знала, но надеялась, что тут такие не водятся.
Такой вот комплект.
Водитель приезжал с утра из города, две служанки и кухарка жили в коттедже на территории поместья. Это Розу Ильиничну поселили в главном доме, как экономку. Ну и Анну, все же гувернантка – не простая прислуга, да и быть рядом с Кирой ей требуется постоянно, 24/7.
Сама Роза Ильинична была уже одета по полной программе, в привычное черное платье, но ситуации это не смягчало. Кто ж знал…
Убрав травмирующий фактор, Борис Викторович огляделся и принялся командовать, как и всегда:
– Кира, к себе и оденься. Анна Петровна, оденьтесь тоже. Роза Ильинична, давайте я вас провожу вниз. Дадите мне совок и веник, и я уберу эту гадость. А где виновник торжества?
Сталин обнаружился неподалеку. Котяра сидел на перилах лестницы и с интересом разглядывал людей.
Хорошие люди. Уважительные!
