BY ANTHONY RYAN
The Raven’s Blade
The Black Song
ЭНТОНИ РАЙАН
Клинок Ворона
Черная Песнь
Перевод Колыжихин А. ака Kolyzh (май'2024)
Посвящается памяти покойного Ллойда Александра, автора "Хроник Прайдена", поистине замечательной серии, с которой началась моя жизнь как читателя и писателя фэнтези.
ЧАСТЬ I
Даже самая большая ложь может быть уничтожена самым острым клинком. -СТИХОТВОРЕНИЕ "СОРДА", АВТОР НЕИЗВЕСТЕН
РАССКАЗ ОБВАРА
Однажды Луралин спросила меня: "Каково это - умереть?".
Чувствуя желание утешить, которое скрывалось за этим вопросом, я ответил: "Как будто падаешь. Как будто мир сжимается до одной точки света далеко вверху, а ты падаешь в вечную бездну. А потом... все исчезает, и нет ничего".
Но этот несколько поэтичный ответ, должен признаться, был ложью. Я, конечно, могу говорить только за себя, и, возможно, другим людям смерть доставляла не больше беспокойства, чем мягкое погружение в бесконечную дремоту. Но моя смерть не сулила подобных утешений.
Я понял, что рана смертельна, как только почувствовал, как клинок Аль Сорны прошелся по позвоночнику и вырвался из спины. Боль была такой, какой ее только можно себе представить. Но я знал боль. Ведь я был Обваром Нагериком, помазанным чемпионом самого Темного Клинка и вторым после него по известности среди Шталхастов. Много было у меня битв, и не в чести сказать, что я не мог и, по правде говоря, до сих пор не могу назвать точное число жизней, которые я забрал. Такая жизнь порождает раны, которых тоже слишком много, чтобы их можно было сосчитать, хотя некоторые из них живут в памяти дольше, чем другие. Стрела в битве при Трех реках, пронзившая мою руку до самой кости. Меч, рассекающий ключицу в тот день, когда мы уничтожили первое большое войско, посланное против нас Торговым королем. Но ни один из них не причинил такой боли, как этот, и не нанес такого тяжелого удара по моей гордости. Спустя столько лет я так и не понял, что больнее: боль от того, что меня пронзили от груди до спины, или уверенность в том, что мне предстоит умереть от рук этого обреченного на смерть чужака, этого Вора Имен. Его слова разгневали меня, а в те дни лишь немногие, кто вызывал мой гнев, выдерживали мой ответ.
Он не бог. Ты не являешься частью божественной миссии. Все убийства, которые ты совершил, ничего не стоят. Ты - убийца, служащий лжецу. . . Его слова. Раздражающие, полные ненависти слова. Они усугублялись правдой, открывшейся в песне Нефритовой принцессы, хотя в душе я знал это гораздо дольше.
